Дело № А40-219167/2025 — учебный пример того, как ФНС попыталась применить упрощённую процедуру банкротства отсутствующего должника к действующей компании и получила от ворот поворот в кассации.
Что случилось
В августе 2025 года ФНС подала в Арбитражный суд Москвы заявление о банкротстве ООО «Прима» — небольшой строительной компании, зарегистрированной в 2021 году. Налоговый долг — около 3 млн рублей, просрочка более трёх месяцев. Заявление подано по упрощённой процедуре отсутствующего должника (ст. 227–230 Закона о банкротстве).
Суд первой инстанции признал «Приму» банкротом и открыл конкурсное производство. Апелляция подтвердила. Кассация — отменила оба акта и вернула дело на новое рассмотрение .
Почему упрощённая процедура не сработала
Упрощённая процедура отсутствующего должника — удобный инструмент. Нет наблюдения, нет внешнего управления, сразу конкурсное производство. Быстро и дёшево. Но применять её можно только к должникам, которые фактически отсутствуют: руководитель пропал, имущества нет, операций по счетам нет, отчётность не сдаётся.
Бремя доказывания — на заявителе. ФНС, по сути, его не несла. А должник в возражениях указал, что:
ведёт хозяйственную деятельность;
имеет дебиторскую задолженность свыше 200 млн рублей;
сдал бухгалтерскую и налоговую отчётность за 2025 год;
имеет два действующих договора лизинга;
имеет обороты по банковским счетам;
частично погашает задолженность;
участвовал во всех судебных заседаниях.
Суды первых двух инстанций эти доводы не оценили. Просто признали должника отсутствующим и открыли конкурсное производство. Кассация указала: если должник не отвечает признакам отсутствующего, но есть общие основания для банкротства (ст. 6, 7, 33 Закона), нужно вводить наблюдение, а не упрощённую процедуру. Суд сослался на п. 64 Постановления Пленума ВС РФ от 17.12.2024 № 40.
Зачем ФНС понадобилась упрощёнка
Упрощённая процедура позволяет обойти наблюдение и быстрее перейти к продаже имущества. Но есть и другой нюанс: по общему правилу дело о банкротстве юрлица возбуждается при долге не менее 2 млн рублей. Задолженность «Примы» — около 3 млн, порог пройден. Однако упрощённая процедура лишает должника реабилитационных возможностей — а Закон о банкротстве предусматривает не только ликвидацию, но и восстановление платёжеспособности.
Если компания работает, отчитывается и имеет активы — загонять её в упрощённую процедуру нельзя. Это не ускорение, а нарушение баланса интересов должника и кредиторов.
Профиль должника
«Прима» — компания в тяжёлом положении, отрицать это нельзя. Выручка за 2025 год — около 21 млн рублей, падение на 92% к предыдущему году. Штат сократился с 9 до 3 человек. 45 исполнительных производств на сумму около 32 млн рублей. 14 арбитражных дел в роли ответчика. Но «тяжёлое положение» ≠ «отсутствующий должник». Компания работает, сдаёт отчётность, имеет имущество и активы. Это и есть суть кассационного постановления.
Что делать на новом рассмотрении
Дело вернулось в Арбитражный суд Москвы. Суду нужно:
Оценить доводы должника о том, что он не является отсутствующим.
Исследовать доказательства: отчётность, обороты по счетам, договоры лизинга, дебиторскую задолженность.
Если признаки отсутствующего должника не подтвердятся, но есть общие основания для банкротства — ввести наблюдение.
Вывод для практиков
Кассация в очередной раз подтвердила: упрощённая процедура — не способ ускорить ликвидацию компании, которая просто плохо работает. «Отсутствующий должник» — это не тот, у кого долги, а тот, кого нет. Если компания отчитывается, имеет счета и имущество — упрощёнка неприменима.
Для налоговой это сигнал: нельзя подавать на упрощённое банкротство, не проверив фактическое состояние должника. Для компаний — напоминание, что активное участие в деле и подробные возражения с доказательствами своей деятельности работают даже тогда, когда две инстанции уже вынесли решение не в вашу пользу.
