ЦБ перестарался
Через две недели клиентов банков ждет прозрение — они наконец узнают, сколько переплачивают по кредитам. Сильнее всех будут шокированы автомобилисты. Формула расчета эффективной процентной ставки (ЭПС), после долгих раздумий установленная Центробанком, раздует стоимость некоторых автокредитов — одного из самых продвинутых и дешевых видов кредитования — до 600% годовых!
Через две недели клиентов банков ждет прозрение — они наконец узнают, сколько переплачивают по кредитам. Сильнее всех будут шокированы автомобилисты. Формула расчета эффективной процентной ставки (ЭПС), после долгих раздумий установленная Центробанком, раздует стоимость некоторых автокредитов — одного из самых продвинутых и дешевых видов кредитования — до 600% годовых!
По замыслу ЦБ кроме комиссий и платежей по обслуживанию ссуды банки будут включать в ЭПС расходы на страхование, оценку и регистрацию имущества, услуги нотариуса.
На связку банков со страховщиками еще 9 июня обратила внимание антимонопольная служба. Чиновников возмутило, что часть банков, как “Русский стандарт”, в кредитном договоре указывает лишь одного страховщика (“Русский стандарт страхование”). Банк “Авангард” отправлял получателей автокредитов страховать машину от угона в компанию “Авангард Гарант”, причем она не возмещала ущерб, полученный в результате ДТП по вине страхователя. А пока ФАС грозится штрафами, ЦБ зашел с другого бока. Включение страховки в эффективную ставку, используемую банком, будет иметь поразительный эффект. Если в длинном ипотечном кредите ЭПС “размоется во времени”, то при 3-5-летнем автокредите ежегодные выплаты на каско поднимут эффективную ставку до небес. “Это очень вредный пункт”, — говорит управляющий директор блока “Розничный бизнес” Банка Москвы Александр Шерстюков. Экспресс-автокредит в его банке выдается под 10%, и, если считать 0,2% комиссии за ведение счета, эффективная ставка составит 14%.
Если посчитать стоимость гипотетического кредита по формуле, которую предлагает ЦБ, то за счет страховки ставка при пятилетнем кредите $15 000 может доходить до 667%! Это зависит от того, как страховщик оценил ваши риски и какой тариф установил, а также от суммы, которую вы взяли в банке. Простая математика: взял в банке, допустим, недостающие 10%, а страхуется при этом полная стоимость автомобиля! Ведь тариф целиком включается в ЭПС. “Такие ставки будут отпугивать людей”, — уверен Шерстюков. “Банки могут перестать предлагать страховые продукты ради снижения значения эффективной ставки, — говорит президент GE Money Bank Ричард Гаскин. — А отсутствие страховки может увеличить долю невозвращенных кредитов и испортить кредитную историю клиента”.
Получается, ЦБ промахнулся? Больше всего жалоб от потребителей поступает на “магазинные” кредиты — в рискованном экспресс-кредитовании самые высокие ставки и самые изощренные скрытые комиссии, которые иногда “зашиваются” и во взносы, идущие родственному страховщику. Экспресс-кредиторы легко переживут и без этих 1,5-3%. А вот отмена автокаско рискованна и для банков, и в первую очередь для заемщиков-автовладельцев.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.