Субсидиарная ответственность и убытки: сравнительный анализ инструментов привлечения контролирующих лиц к ответственности

Если субсидиарка бьет по карману, когда компания уже обанкротилась и не может расплатиться с кредиторами, то убытки могут настичь руководителя даже если бизнес жив, здоров и вроде бы успешно работает. В этой статье мы разберем, чем различаются субсидиарная ответственность и убытки, когда и как использовать каждый из этих инструментов, и как от них защититься.

Субсидиарка спасает чужих кредиторов от последствий банкротства своего контрагента (возлагая долговую нагрузка банкрота на ее контролирующих лиц), а убытки возвращают деньги самому бизнесу (а точнее, его собственникам) от нерадивого менеджмента (как правило, это действия генерального директора) или недобросовестных действий участников. При этом инструмент убытков в банкротстве кредиторы, также, могут использовать. Давайте представим три очень похожие, но принципиально разные ситуации.

Директор компании «СтройГрад» без должной проверки заключил договор на закупку партии импортных стройматериалов у ненадежного поставщика, с которым ранее фирма не работал. Поставщик взял 100% предоплату и исчез. Компания потеряла 5 миллионов рублей, но в целом она платежеспособна, проекты ведутся, зарплаты платятся. Собственники в ярости и хотят вернуть эти деньги с директора лично.

Тот же директор «СтройГрад» годами заключал подобные сделки с фирмами-однодневками, выводил активы, не платил налоги. В итоге компания накопила долгов на 100 миллионов, не смогла расплатиться с банком за кредит и впала в банкротство. Кредитор (банк), видя, что в компании денег нет, подает иск о субсидиарной ответственности к директору и бенефициарам, чтобы взыскать с них лично весь непогашенный долг.

Директор «Стройград» в предверии процедуры банкротства фирмы продал себе по заниженной стоимости служебный автомобиль. Действие недобросовестное, но для фирмы с многомиллионными оборотами не критическое, до банкротство довести не могло. Управляющий подал заявление и взыскал с него убытки в виде разницы между стоимостью автомобиля и ее рыночной стоимостью.

Чтобы вам было удобнее, мы собрали все ключевые различия в одной таблице (убытки при банкротстве не учитываем):

Первый же вопрос: на что подавать иск — на взыскание убытков или на субсидиарную ответственность? При оценке ситуации судьи смотрят, насколько все было плохо, и оценивают масштаб катастрофы:

• Если своими действиями руководитель довел компанию до банкротства — против него включается субсидиарная ответственность по статье 61.11 закона о банкротстве. Он будет отвечать по долгам компании перед кредиторами. Т.е. действия должны быть существенными для фирмы с финансовой точки зрения (в результате указанных действий компания должна оказаться в банкротстве).

• Если вред был нанесен, но до банкротства дело не дошло. К примеру, директор совершил несущественную для компании с экономической точки зрения сделку. Деньги потеряны, но бизнес в целом продолжает работать, платить по счетам и генерировать прибыль. Это можно исправить через взыскание убытков по статьям 15 и 53.1 Гражданского кодекса. Он обязан вернуть нанесенный ущерб самой компании.

Как суд отличает одно от другого? Есть официальный ориентир — пункт 20 постановления Пленума ВС от 21.12.2017 № 53. В нем отмечается, что суд должен оценить:

• Как изменилось финансовое положение компании: насколько конкретно ухудшились показатели.

• Какие тренды появились в экономике фирмы — это разовый провал или стабильное пике вниз?

• Было ли нарушение настолько масштабным, что объективно могло привести к банкротству? Это ключевой вопрос.

Главное преимущество требования об убытках — большее количество оснований. Для субсидиарки нужны особые, «банкротные» нарушения. А взыскать убытки можно за практически любое недобросовестное или неразумное действие, которое причинило компании финансовый вред. 

К тому же, в этом случае нужно доказывать связь с банкротством. Это самое сложное в субсидиарке — доказать, что именно вот это действие стало последней каплей, которая потопила компанию. В деле об убытках такая связь не нужна. Достаточно доказать более простую цепочку: конкретное действие директора — конкретная дыра в бюджете компании.

Юридическая компания «Кочеулов & партнеры» — экспертное решение правовых вопросов

Консультация

Чтобы суд он взыскал деньги с директора лично, необходимо предоставить факты и документы, которые докажут три ключевых обстоятельства. 

Чтобы обвинить директора, нужно доказать, что он поступил либо недобросовестно (то есть стремился сознательно навредить и знал, что делает плохо), либо неразумно (проявил халатность, недосмотрел, не подумал — это уде более сложный вопрос).

Фактически, неразумностью можно назвать любые действия, не как профессиональный управленец.

Пример: директор строительной фирмы «Фундамент» закупает большую партию цемента у нового поставщика, о котором на рынке никто не слышал. Он не запросил у него уставные документы, не проверил в реестре, нет ли в отношении него судебных дел, не съездил на склад. Просто поверил на слово по телефону и перевел 5 миллионов предоплаты. Поставщик исчез. Это классическая неразумность — отсутствие элементарной проверки. Стоит отметить, что неразумность должна быть существенной.

С недобросовестностью все серьезнее. Директор действовал умышленно, его цель или метод были некорректными или незаконными. Часто это связано с конфликтом интересов.

Пример: директор компании «Светлые окна» закупает дорогой профиль у фирмы «Рама-плюс». Никто не знает, что учредитель «Рамы-плюс» — его тесть, а цены на 30% выше рыночных. Директор скрыл этот факт от собственников. Это не просто ошибка, это недобросовестность: он ставил личный интерес (помочь родственнику) выше интересов компании.

Фразы «он нам навредил» или «мы много потеряли» в суде — пустой звук. Нужна цифра. Точная и обоснованная. Необходимо рассчитать размер понесенных убытков до копейки и подкрепить расчет документами. Это могут быть:

• Прямые потери (реальный ущерб). Фирма перечислила деньги, которые не вернулись. Нужен договор, платежное поручение, акт сверки.

• Упущенная выгода. Компания могла получить доход, но не получила из-за действий директора. Это сложнее. Понадобится расчет, основанный на реальных данных: например, бизнес-план, который утверждали, предложение от другого контрагента с ценами, отчет о рыночной стоимости.

Отчет оценщика или аудитора будет нелишним. Независимый специалист рассчитает убытки, и суд будет доверять такому документу гораздо больше, чем вашим внутренним расчетам.

Это, пожалуй, самый сложный этап. Необходимо доказать, что убытки наступили именно и исключительно из-за конкретного неправомерного действия директора, а не по какой-то другой причине. Нужно выстроить логическую цепочку.

Пример, того как не надо писать: «Директор Иванов в 2022–2023 году плохо управлял компанией, заключал сомнительные сделки, в результате компания стала работать в убыток и потеряла 10 млн. рублей». 

Это слишком размыто. Какие именно сделки? Почему сомнительные? Как именно каждая из них привела к потере?

Как правильно (шаблон для выигрышного иска):

«1. Конкретное действие. 15 марта 2023 года генеральный директор Петров А.И. единолично, без одобрения совета директоров (что требовалось Уставом), подписал договор №45 на поставку товара с ООО «Ромашка» и перечислил аванс 20 млн. рублей.

2. Доказательство неразумности/недобросовестности. На момент сделки ООО «Ромашка» существовало 10 дней, его уставный капитал — 10 000 руб., а его единственный учредитель ранее имел проблемы с законом. Простая проверка по открытым реестрам это показывала, но Петров А.И. ее не провел.

3. Конкретный результат. Поставка по договору №45 не была осуществлена, деньги не возвращены. Решением Арбитражного суда г. Москвы от 10.10.2024 (дело № А40-12345/2024) с ООО «Ромашка» взыскана задолженность, но взыскание невозможно, так как у общества отсутствуют активы.

Итоговая цепочка: действия (п.1 + п.2) напрямую привели к финансовой потере (п.3) в размере 20 миллионов рублей».

Читайте нашу статью: https://dolgiplus.ru/blog/vzyskanie-s-kontragenta/vzyskanie-ubytkov.

Это самый сложный и спорный момент. В бизнесе нельзя исключить риски полностью. Суды разграничивают не просчитанный риск (халатность) и разумный предпринимательский риск. Директора, скорее всего, признают неразумным/недобросовестным и заставят платить, если он:

• Игнорировал очевидные «красные флаги». Заключил многомиллионный контракт с компанией, которая только что зарегистрирована, имеет нулевые активы и директором-студентом.

• Нарушил внутренние процедуры. Санкционировал крупную сделку, минуя обязательное согласование с правлением или советом директоров, прописанное в уставе.

• Действовал в конфликте интересов. Компания продала активы другой фирме по заниженной цене, а бенефициаром фирмы-покупателя оказалась супруга директора. Сокрытие этой связи — прямое доказательство недобросовестности.

• Скрыл информацию. При принятии решения на совете директоров умолчал о ключевых негативных обстоятельствах, которые повлияли на результат.

Разумный риск — когда руководитель может оправдаться:

• Он провел нормальную проверку. Запросил у контрагента бухотчетность, проверил его по картотеке арбитражных дел, заключения не было. Контрагент оказался мошенником, о чем не знал никто на рынке. Это форс-мажор, а не вина директора.

• Решение было обоснованным. Руководитель вложил деньги в рискованный, но перспективный стартап по решению инвестиционного комитета, с привлечением экспертов. Стартап прогорел. Это коммерческий риск, а не халатность.

Важный вывод для любого директора: ваша задача — создать и соблюдать документированную процедуру принятия решений. Если действие руководителя можно объяснить бизнес-логикой, анализом рынка и оно согласовано с уполномоченными органами, шансы взыскать с него убытки резко падают.

Подать иск о субсидиарке отдельно от банкротства можно в следующих случаях:

• Завершение процесса. Конкурсное производство в деле о банкротстве должно быть завершено или производство по самому делу — прекращено. Требования кредитора не удовлетворены. В ходе банкротства его денежные требования к компании так и остались непогашенными (полностью или частично).

• Компания исключена из ЕГРЮЛ с долгами.  В данном случае речь идет о внебанкротной субсидиарной ответственности (ст. 53.1 ГК)

• Заявление о банкротстве возвращено заявителю.

Иск о субсидиарке поданный вне дела о банкротстве, рассматривает тот же самый арбитражный суд, который вел исходное дело, возвращал заявление или прекращал производство.

Если вы хотите минимизировать риски, работайте по этим направлениям:

По общему правилу, он составляет 3 года (ст. 196 ГК). Но отсчет начинается не с момента самого действия (бездействия), а с момента, когда о нем узнало лицо, имеющее право на иск. Это может быть новый директор (с даты вступления в должность и получения документов). Или участник/акционер (с даты, когда он должен был узнать о нарушении, например, на годовом собрании при утверждении отчетности, где видны убытки). Часто истцы упускают этот срок из виду.

Ваша задача — доказать суду, что он начал течь гораздо раньше.

В гражданском праве (в отличие от субсидиарки в банкротстве) директор изначально считается добросовестным. Бремя доказывания обратного лежит на истце. Они должны предоставить доказательства вашей вины, а не вы — своей невиновности. Требуйте от них четкой и доказательной цепочки.

Доказывайте, что ваше решение:

• Было основано на доступной и проверенной информации.

• Принималось в рамках ваших полномочий.

• Было направлено на получение прибыли для компании, а не являлось заведомо провальным.

• Соответствовало практике рынка.

Пример защиты: «Да, инвестиция в новый цех не окупилась. Но решение принималось на основе детального маркетингового исследования (прилагаем отчет), прогноза роста спроса (прилагаем аналитику), было одобрено советом директоров (прилагаем протокол). Падение спроса из-за санкций было невозможно предугадать. Это реализация предпринимательского риска, а не неразумные действия».

Чек-лист:

1. Проверяйте сроки.

Читайте нашу статью про сроки: https://dolgiplus.ru/blog/sroki-privlecheniya-k-subsidiarnoj-otvetstvennosti.

2. Доказывайте, что банкротство наступило по иным причинам. Раскройте истинные причины банкротства.

3. При защите не ограничивайтесь одной первичной бухгалтерской документацией. Раскрывайте экономическую суть сделок и материально-техническую возможность фирмы их исполнить.

4. Доказывайте отсутствие статуса «контролирующего должника лица» (КДЛ).

А самое главное и в первом и втором случае обращайтесь к помощи узкопрофильных юристов.

Читайте еще одну полезную статью про убытки: https://dolgiplus.ru/blog/vzyskanie-ubytkov-s-direktora-i-uchastnika-obschestva.

Юридическая компания «Кочеулов & партнеры» — экспертное решение правовых вопросов

Консультация

И субсидиарная ответственность, и взыскание убытков служат одной высокой цели — повысить ответственность тех, кто управляет бизнесом. Они снимают броню «ограниченной ответственности» с юридического лица и напоминают, что за ключевые решения, приведшие к краху или серьезному ущербу, придется отвечать личным имуществом.

• Собственник бизнеса имеет право требовать компенсации от недобросовестного управленца, даже если компания на плаву. Собирайте доказательства, фиксируйте нарушения, считайте точный ущерб.

• Директору и бенефициару важно помнить, что его безопасность — в прозрачности, документировании решений и соблюдении корпоративных процедур. Одно бездумно подписанное решение может обернуться многомиллионными требованиями к нему лично. 

В случае возникновения сложной ситуации не стоит действовать самостоятельно. Лучше обратиться к проверенному юристу, который знает все тонкости ведения дел о субсидиарке или убытках. Иногда от многомиллионных долгов руководителя оделяют всего 1–2 незамеченных тезиса. К примеру, вот так мы помогли директору избавиться от субсидиарной ответственности на 220 миллионов рублей.

Реклама: ИП Кочеулов Юрий Юрьевич, ИНН 771597251746, erid: 2W5zFHSvHDr