Крупнейшие пенсионные фонды мира терпят убытки
За третий квартал крупнейший пенсионный фонд мира – японский Government Pension Investment Fund – потерял 64 млрд долларов.
За третий квартал японский Government Pension Investment Fund потерял 64 млрд долларов. Потери фонда вызваны падением стоимости ценных бумаг на мировых фондовых рынках в августе и сентябре 2015 года.
Активы фонда сократились на 5,6%, что стало максимальным снижением с апреля 2008 года, сообщает Bloomberg. Большая часть убытка пришлась на акции японских и иностранных компаний. Японский Government Pension Investment Fund управляет активами на сумму 1,1 трлн долларов и является в этом отношении крупнейшим пенсионным фондом в мире, информирует «РБК».
Ранее сообщалось, что итоги третьего квартала 2015 года стали одними из худших за всю историю Норвежского государственного пенсионного фонда, крупнейшего в мире фонда национального благосостояния, занимающегося инвестициями. НГПФ за последние три месяца лишился 273 млрд крон или 32,2 млрд в долларовом эквиваленте.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.