Медведев хочет защитить экономику от «насморка»
Первый вице-премьер РФ Дмитрий Медведев считает, что финансовая система России в целом устойчива и главное - не подхватить «насморк», которым заболели несколько государств.
Первый вице-премьер РФ Дмитрий Медведев считает, что финансовая система России в целом устойчива и главное - не подхватить «насморк», которым заболели несколько государств.
"Я считаю, что ничего критического не происходит. Наша финансовая система устойчива, наши банки имеют достаточно ликвидности, а у государства есть все рычаги, чтобы при необходимости оказать им поддержку, - сказал Медведев. - Заход России в глобальную финансовую систему имеет и очевидные плюсы, и очевидные минусы. Мы стали прозрачны для всех экономических ветров, которые дуют на планете. И главное - не подхватить насморк, которым заболели ряд государств".
«Я надеюсь, что совместными усилиями мы сможем справиться с неблагоприятными изменениями в макроэкономических пропорциях, задавим ту же самую инфляцию, выведем ее на тот минимальный уровень, на который рассчитывали», - отметил Медведев.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.