Социальный вычет по взносам в НПФ предоставляется за месяц, в котором они были перечислены
Минфин РФ в своем письме разъясняет, в каком месяце при расчете НДФЛ работодатель должен применить социальный вычет в сумме удержанных взносов в НПФ, если они удержаны из заработной платы в мае, а перечислены в НПФ в июне.
Минфин РФ в своем письме № 03-04-06/29815 от 26.07.2013 разъясняет, в каком месяце при расчете НДФЛ работодатель должен применить социальный вычет в сумме удержанных взносов в НПФ, если они удержаны из заработной платы в мае, а перечислены в НПФ в июне.
Ведомство отмечает, что если взносы в негосударственный пенсионный фонд удержаны из заработной платы в мае, а перечислены работодателем в негосударственный пенсионный фонд в июне отчетного налогового периода, социальный налоговый вычет предоставляется за месяц, в котором указанные взносы были перечислены, то есть за июнь.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.