Подписан закон о штрафах за искажение бухгалтерской отчётности в госсекторе
Руководителям и главбухам организаций государственного сектора грозит штраф до 50 тысяч рублей
Президент Владимир Путин подписал Федеральный закон от 29.05.2019 № 113-ФЗ, изменяющий ответственность должностных лиц организаций государственного сектора за искажение бухгалтерской и бюджетной отчётности.
Поправки внесены в статью КоАП 15.15.6. Ранее в ней указывались санкции только за непредставление бюджетной отчетности, теперь туда добавили ответственность за бухотчетность госсектора, убрав её из статьи 15.11. Теперь статья 15.15.6 называется «Нарушение требований к бюджетному (бухгалтерскому) учету, в том числе к составлению, представлению бюджетной, бухгалтерской (финансовой) отчетности».
За незначительное искажение показателей в отчётности должностных лиц оштрафуют на сумму до 5 тысяч рублей либо вынесут предупреждение. Если неверно указана информация об активах, обязательствах или финансовом результате, придётся заплатить до 30 тысяч рублей.
Такой же штраф установлен, если отчётность вообще не представили или если должностное лицо нарушило установленные сроки её представления. За грубое искажение показателей штраф составит до 50 тысяч рублей.
Грубым искажением показателей считается изменение отчётности не менее чем на 10 процентов. Незначительным является искажение данных от 1 до 10 процентов.
Ранее ответственность за грубые нарушения в бухотчетности не зависела от формы собственности организации. Теперь санкции для коммерческих организаций и госсектора разделили. Кроме того, для должностных лиц бюджетных организаций и госсектора такой меры, как дисквалификация не будет.
Какие поправки касаются бухгалтеров коммерческих организаций можно узнать тут.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.