Для оплаты больничных вместо заявления надо брать с сотрудников сведения, форма которых еще не утверждена
Многие бухгалтеры задаются вопросом: брать ли с сотрудников заявление на оплату больничных по форме, которая применялась ранее.
Многие бухгалтеры задаются вопросом: брать ли с сотрудников заявление на оплату больничных по форме, которая применялась ранее.
Дело в том, что старая форма применялась для целей Постановления Правительства № 294 от 21.04.2011, которое с этого года отменено.
Соответственно, не актуальна и форма заявления. Более того, сейчас прямые выплаты пособий из ФСС регулируются Постановлением Правительства от 30.12.2020 № 2375, которое вообще не предусматривает заявления.
Но если сотрудник не будет заполнять заявление, как передать в ФСС, например, реквизиты его счета?
Разъяснения по этому вопросу даны в письме ФСС от 18.03.2021 № 02-08-01/15-05-2461л.
Еще в январе ФСС разместил на федеральном портале проект с множеством бланков, которые будут применяться для прямых выплат.
Среди них — форма сведений о застрахованном лице.
Именно этот банк сейчас и надо использовать вместо заявления, несмотря на то, что он еще не утвержден.
Сейчас этот документ находится на регистрации в Минюсте.
До вступления в силу приказа ФСС об утверждении форм документов, применяемых для назначения и выплаты пособий в 2021 году, территориальным органам Фонда, страхователям и застрахованным лицам рекомендовано использовать для назначения и выплаты страхового обеспечения форму сведений о застрахованном лице, предусмотренную данным проектом приказа Фонда.
Напомним, мы ранее размещали эту форму здесь.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.