Камеральные проверки по декларациям 3-НДФЛ необходимо закрывать за 15 дней, чтобы люди могли быстрее получить вычеты. Это сказано в распоряжении ФНС, которое она разослала в инспекции.
Раньше проверки по социальным вычетам длились три месяца и еще месяц был на перечисление возврата. По имущественным вычетам с мая 2021 года на проверку отводился один месяц, а еще 15 дней — на зачисление средств. Сейчас эти сроки сокращают.
Как пишет «РБК», со ссылкой на слова пресс-службы ФНС, при этом будет учитываться загрузка налоговиков. Правда, в телеграм-канале «Налоговый инспектор» настрой не столь оптимистичный.
По словам автора канала, инспекторы порой боятся быстро закрывать КНП, поскольку если возврат бюджетных средств будет неправомерный, это грозит не простым выговором, а уголовным делом. Например, халатность (293 УК), или злоупотребление должностными полномочиями (285 УК).
«При этом в течение 15 дней нужно закрывать как КНП без нарушений, так и с нарушениями. Теперь, если вы забыли подложить хоть один листок или документ не читается, по логике ФНС, надо закрывать КНП через 15 дней и составлять акт проверки, по которому возврат не будет производиться вообще» — пишет он.
Выходит, что сроки-то сократили, отчитались наверх, но не будет ли больше отказов в вычетах из-за этого?
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.