Центробанк усилил контроль за МФО и заблокировал три микрофинансовые компании
Деятельность трех микрофинансовых организаций приостановлена Центробанком. Компании превысили количество выданных займов клиентам с высокой долговой нагрузкой.
В первую рабочую неделю 2024 года Центробанк приостановил деятельность трех микрофинансовых организаций (МФО) из-за превышения допустимой доли займов, которые выдавали клиентам с высокой долговой нагрузкой. Об этом пишет «Коммерсант».
МКК «Амстердам», «Джет Мани Микрофинанс» и «ВенераФинЗайм» получили предписание Центробанка о приостановке деятельности.
Эти компании превысили допустимые 15% от общего объема займов, которые могут быть выданы клиентам с предельной долговой нагрузкой (ПДН) 80% и более. При этом, доля заемщиков с ПДН от 50 до 80% не должна превышать 25%.
На исполнение предписаний ЦБ дается 30 дней.
По общему правилу неисполнение в установленный срок предписания Банка России влечет наложение административного штрафа на должностных лиц в размере 20–30 тыс. рублей; на юридических лиц — 500-700 тыс. рублей. Если МФО допускает регулярные нарушения и не исполняет предписания ЦБ — это прямой путь к исключению из реестра, — сказал управляющий партнер экспертной группы Veta Илья Жарский.
По данным на 10 января 2024 года, в реестре Центробанка состояло больше 1 тыс. МФО. В 2023 году из списка исключили 229 компаний и внесли 74 организации.
Большинство МФО добровольно сдают лицензии и уходят с рынка. Эксперт ОНФ «За права заемщиков» Алла Храпунова считает, что крупные игроки будут активнее переманивать клиентов небольших и средних компаний.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.