Т-банк купит часть факторинговых компаний группы QIWI
Факторинговый бизнес позволит Т-банку дополнить линейку финансовых продуктов для малого и среднего бизнеса. Поставщики смогут пользоваться деньгами за товар сразу, не дожидаясь завершения расчетов по поставкам.
Группа Т-банка собирается выкупить контрольный пакет в компаниях группы ROWI у «Киви».
«Стороны уже подписали соответствующее соглашение. Сделка будет завершена после получения согласия ФАС. Коммерческие условия сделки не раскрываются», — сказал РБК представитель Т-банка.
Ожидается, что сотрудники ROWI сохранят автономность и продолжат развивать собственный бизнес.
«В нашей сегодняшней реальности мы не можем предоставить ROWI ни то, ни другое. Поэтому решение о продаже было вполне логичным и взаимовыгодным. Мы решили продать ROWI и считаем, что договорились о справедливой рыночной цене. ROWI сможет развиваться дальше в партнерстве с новым акционером», — сказал акционер АО «КИВИ» Андрей Протопопов.
10 июня в ЕГРЮЛ появилась отметка, что «Киви» передала в залог «Тинькофф банку» 51% доли в «РОВИ Факторинг плюс».
Факторинговые компании позволят компаниям-поставщикам сразу получать деньги по договорам с отсрочкой платежа и пользоваться ими, не дожидаясь завершения расчетов по поставкам.
Ранее мы сообщали, что Тинькофф изменил название на Т-Банк.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.