Московский перечень недвижимости с налогом по кадастру пошел на убыль
Налог на имущество организаций по кадастровой стоимости платят собственники 41 тысячи помещений в столице. 164 объекта недвижимости в Москве не будут облагать налогом по кадастровой стоимости за 2025 год.
В Москве из списка торгово-офисных помещений, которые должны обраться налогом на имущество по кадастровой стоимости, исключили 164 объекта.
В перечень на 2025 год внесли шесть объектов недвижимости, они начали соответствовать критериям до 1 января 2025 года, но информация о них поступила уже после формирования списков.
«Организации-собственники исключенных объектов будут уплачивать налог на имущество за 2025 год от среднегодовой стоимости», — сказала заместитель мэра Москвы Мария Багреева.
Переход на расчет налога по кадастровой стоимости недвижимости начался в Москве в 2014 году. Сейчас перечень таких объектов насчитывает свыше 41 тыс. торговых и офисных объектов, а также помещений из сферы общественного питания и бытового обслуживания.
Список утверждается правительством Москвы каждый год, а потом корректируется трижды за 12 месяцев.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.