Аксаков: ставки по ипотеке упадут ниже 15% уже в 2026 году
Ставки по ипотечным кредитам в России могут опуститься ниже 15% после снижения ключевой ставки ЦБ до 10-11%.
Председатель комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков прогнозирует оживление рынка недвижимости на фоне смягчения денежно-кредитной политики Банка России. По мнению депутата, снижение стоимости заемных средств сделает ипотеку более доступной для населения.
1 июня 2026 года Анатолий Аксаков в интервью ТАСС уточнил, что ожидает снижения ключевой ставки до 10% к концу 2026 года. Он отметил, что текущие инфляционные процессы пока сдерживают регулятора от резкого сокращения ставки на 1,5-2 процентных пункта.
«Мы ожидаем, что когда ключевая ставка снизится к концу года до 10-11%, ипотечные кредиты могут снизиться ниже 15%, по крайней мере не больше 15%, соответственно, люди будут охотнее брать ипотечные кредиты, и тогда она оживет», — сказал Анатолий Аксаков.
Недавно мы писали, что банки начали урезать ипотечные кредиты заемщикам из-за ужесточения проверки доходов и долговой нагрузки.
Светлана ИвановаНовостной корреспондент
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.