Повышение цен в связи с понижением экспортных пошлин недопустимо
ФАС России напомнила руководителям отечественных нефтяных компаний и их аналитикам о недопустимости роста внутренних цен на нефтепродукты, в связи со снижением экспортных пошлин на нефть с 1 февраля 2009 года.
ФАС России напомнила руководителям отечественных нефтяных компаний и их аналитикам о недопустимости роста внутренних цен на нефтепродукты, в связи со снижением экспортных пошлин на нефть с 1 февраля 2009 года.
Подобное заявление было спровоцировано публичными сообщениями некоторых из экспертов и аналитиков о закономерном увеличении внутренних цен на нефтепродукты, обусловленном политикой Правительства РФ по регулированию экспортных пошлин на нефть в 2009 году.
Как следует из официального сообщения пресс-службы ФАС, если нефтяные компании будут повышать оптовые и розничные цены на внутреннем рынке, мотивируя это снижением экспортных пошлин, антимонопольная служба предпримет все необходимые меры антимонопольного реагирования, а также обратится к Председателю Правительства РФ с предложением незамедлительного повышения экспортных пошлин.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.