Размер арендной платы не может быть изменен в одностороннем порядке
ФАС Дальневосточного округа признал необоснованным довод кассационной жалобы о том, что для изменения арендной платы по договору достаточно одного только уведомления арендодателя, направленного в адрес арендатора.
ФАС Дальневосточного округа в Постановлении от 12 февраля 2009 г. N Ф03-6216/2008 признал необоснованным довод кассационной жалобы о том, что для изменения арендной платы по договору достаточно одного только уведомления арендодателя, направленного в адрес арендатора.
ФАС пояснил, что размер арендной платы может изменяться по соглашению сторон в сроки, предусмотренные договором, но не чаще одного раза в год, если иное не предусмотрено договором. При этом изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено нормами Гражданского кодекса Российской Федерации. Соглашение об изменении договора совершается в той же форме, что и договор.
Установив, что соглашение об изменении размера арендной платы в установленном законом порядке между сторонами не достигнуто, а ответчик возражает против изменения размера арендной платы, ФАС отметил, что задолженность по аренде должна рассчитываться исходя из размера арендной платы, установленного договором, и даты фактической оплаты.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.