Имущество должника реализуется по рыночной цене в любом случае
ФАС подтвердил, что применение дополнительных условий по "вынужденной реализации имущества" при определении стоимости имущества должника, по которой оно выставляется на реализацию, нарушает права должника на адекватную оценку его имущества.
ФАС Северо-Кавказского округа в Постановлении от 30 ноября 2009 г. по делу N А32-6007/2008 подтвердил, что применение дополнительных условий по "вынужденной реализации имущества" при определении стоимости имущества должника, по которой оно выставляется на реализацию, нарушает права должника на адекватную оценку его имущества.
ФАС отметил, что статьей 85 Закона об исполнительном производстве прямо предусмотрено, что оценка имущества должника, на которое обращается взыскание, производится судебным приставом-исполнителем по рыночным ценам.
При этом нормы законодательства, предусматривая необходимость оценки имущества должника по его рыночной стоимости, содержат точные положения, направленные на обеспечение возможности реализовать имущество должника в ограниченные сроки.
Если имущество должника не было реализовано в течение одного месяца со дня передачи на реализацию, то судебный пристав-исполнитель выносит постановление о снижении цены на пятнадцать процентов.
Если имущество должника не было реализовано в течение одного месяца после снижения цены, то судебный пристав-исполнитель направляет взыскателю предложение оставить это имущество за собой, при этом нереализованное имущество должника передается взыскателю по цене на двадцать пять процентов ниже его стоимости, указанной в постановлении судебного пристава-исполнителя об оценке имущества должника.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.