Подготовлены поправки в закон о похоронном деле в городе Москве
Мосгордума намерена принять поправки в закон о погребении и похоронном деле в городе Москве, предлагающие разграничить принадлежность и полномочия по содержанию и эксплуатации кладбищ между Правительством Москвы и органами местного самоуправления.
Мосгордума намерена принять поправки в закон о погребении и похоронном деле в городе Москве, предлагающие разграничить принадлежность и полномочия по содержанию и эксплуатации кладбищ между Правительством Москвы и органами местного самоуправления.
Как сообщает пресс-центр Мосгордумы, в соответствии с поправками малые по площади кладбища останутся в ведении местных органов самоуправления, а большие перейдут в ведение государственной власти. В Москве появятся кладбища двух видов: городского и муниципального подчинения.
Одновременно предусматривается сохранение единой для города Москвы стоимости гарантированного перечня услуг по погребению: родственники умершего могут получить компенсацию в размере 15,5 тысяч рублей или воспользоваться гарантированным перечнем услуг в натуральной форме.
Ссылки по теме:
- Выявлены нарушения на рынке ритуальных услуг Свердловской области – Клерк.Ру, 27.04.12
- Пермские похоронные компании уличены в сговоре – Клерк.Ру, 06.04.12
- Ритуальным услугам предложена процедура саморегулирования – Клерк.Ру, 27.02.12
Сайты по теме:
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.