Исполнительский сбор может взыскиваться за счет средств бюджетных учреждений
ФАС отклонил довод о незаконности постановления судебного пристава-исполнителя о взыскании с бюджетного учреждения исполнительского сбора.
ФАС Волго-Вятского округа в Постановлении № А82-11162/2012 от 15.07.2013 отклонил довод о незаконности постановления судебного пристава-исполнителя о взыскании с бюджетного учреждения исполнительского сбора.
ФАС отметил, что обращение взыскания на средства бюджетов бюджетной системы службой судебных приставов не производится, за исключением случаев, установленных законодательством.
Исполнение судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы производится на основании исполнительных документов с указанием сумм, подлежащих взысканию в валюте РФ, а также в соответствии с установленными законодательством требованиями, предъявляемыми к исполнительным документам, срокам предъявления исполнительных документов, перерыву срока предъявления исполнительных документов.
Исполнительный документ, предусматривающий обращение взыскания на средства местного бюджета по денежным обязательствам его бюджетного учреждения - должника, направляется судом по просьбе взыскателя или самим взыскателем в орган, осуществляющий открытие и ведение лицевых счетов муниципальных бюджетных учреждений.
При этом к числу исполнительных документов отнесены постановления судебного пристава-исполнителя, в том числе и о взыскании исполнительского сбора.
Поскольку постановление о возбуждении в отношении управления исполнительного производства не оспорено, недействительным не признано, вывод судов о том, что постановление судебного пристава-исполнителя о взыскании с управления исполнительского сбора является незаконным, противоречит закону об исполнительном производстве.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.