Егоров в Совете Федерации: что ФНС готовит бизнесу и на что бухгалтеру смотреть уже сейчас

29 апреля 2026 года руководитель ФНС России Даниил Егоров выступил в Совете Федерации на «правительственном часе». Формально речь шла о цифровизации, удобстве налогоплательщиков и развитии налоговой системы. По факту — о новом этапе налогового контроля.

Если сказать совсем коротко: ФНС больше не хочет ждать выездную проверку через три года. Служба хочет видеть налоговый риск сразу — в момент поставки, продажи, превышения лимита, оформления вычета или расхождения данных.

И бизнесу лучше не делать вид, что это просто красивые слова про «обеление экономики». Это уже рабочая модель.

Одно из главных направлений — борьба с «серым» импортом и запуск с 1 июня 2026 года системы ожидания поставки товаров — СПОТ.

Даниил Егоров объяснил суть так:

«Нам нужно, чтобы товар точно дошел до понятного нам покупателя».

Дальше — ещё конкретнее:

«Покупатели оформляют так называемые QR-коды, предоставляя обеспечительный платеж и указывая, какой груз к ним придет. Этот QR-код передается транспортным компаниям, ввозящим через ЕАЭС товары, и их будет легко идентифицировать как товар, так и стоимость, так и покупателя этого товара».

Для бизнеса это означает простую вещь: товар, покупатель, стоимость и перевозчик должны стать прозрачными для ФНС ещё до ввоза.

Если раньше многие вопросы по импорту возникали уже после поставки, то теперь контроль сдвигается ближе к границе. Ошибка в документах, стоимости, коде товара, покупателе или перевозчике может превратиться не просто в требование пояснений, а в проблему с фактическим ввозом товара.

Особенно внимательно к СПОТ нужно отнестись компаниям, которые возят товары через ЕАЭС автомобильным транспортом.

Что проверить уже сейчас:

• кто именно является покупателем товара;

• совпадают ли данные в договорах, инвойсах, транспортных документах и налоговом учёте;

• кто оформляет QR-код и кто отвечает за ошибку;

• нужен ли обеспечительный платёж;

• есть ли кассовый разрыв из-за такого платежа;

• прописана ли ответственность перевозчика и поставщика за некорректные данные.

Здесь уже не получится работать в стиле «потом бухгалтер поправит». Потом бухгалтер, конечно, поправит. Но сначала директор будет спрашивать, почему груз стоит, деньги зависли, а все дружно делают вид, что это «технический нюанс».

Отдельно Егоров подчеркнул, что обеспечительный платёж не является самоцелью.

Он сказал:

«Для нас не является самоцелью наличие обеспечительного платежа. Мы пошагово сразу будем готовиться к тому, что там, где мы будем уверены в покупателе, там нам залог не нужен».

И дальше:

«Нам не нужна лишняя нагрузка. Нам нужно, чтобы мы точно знали, что товар заехал, и с него уплачены налоги».

Звучит разумно. Но бизнесу надо смотреть не на мягкую формулировку, а на практику.

Если ФНС «уверена» в покупателе — залог может быть не нужен. Если не уверена — платёж, контроль, вопросы и повышенное внимание.

То есть появляется новая логика: чем прозрачнее налогоплательщик, тем меньше предварительных барьеров. Чем мутнее структура, тем дороже становится вход в обычную хозяйственную операцию.

Это касается не только импорта. Это общий тренд ФНС: добросовестность должна быть видна в данных, а не только в красивом письме на фирменном бланке.

Вторая важная тема — маркетплейсы.

По данным ФНС, 832 тысячи предпринимателей продают товары на маркетплейсах. Егоров сообщил, что в результате эксперимента с крупными платформами удалось полностью идентифицировать продавцов по ИНН.

Дальше налоговые органы собирают и агрегируют данные о продажах на платформах, а затем сравнивают их с декларациями.

Ключевая цитата:

«Наша главная задача — не затягивать малый бизнес в тяжелые контрольные мероприятия, а на максимально раннем этапе предупреждать о тех рисках, которые мы видим».

И ещё важнее:

«В этом году мы будем выходить с инициативой, чтобы это было легализовано в нормах закона, чтобы через платформы мы уведомляли о рисках налогоплательщиков и не доводили до контрольных мероприятий те риски, которые можно нейтрализовать на самом раннем этапе».

Для продавцов на маркетплейсах это очень важный сигнал.

ФНС хочет не просто получать данные от платформ. Она хочет использовать платформы как канал налогового предупреждения.

То есть предприниматель может получить сигнал о налоговом риске не только из личного кабинета ФНС, но и через саму площадку.

Что будут смотреть:

• выручку по данным маркетплейса и декларациям;

• возвраты;

• комиссии;

• скидки и бонусы;

• агентские отчёты;

• движение товара;

• взаимозависимость продавцов;

• дробление бизнеса;

• применение УСН;

• обязанность платить НДС.

Для бухгалтера это значит одно: данные маркетплейса должны регулярно сверяться с учётом. Не раз в год, когда уже всё горит, а постоянно.

Маркетплейс теперь не просто канал продаж. Это ещё и источник налоговых данных. Продавец думает, что торгует чехлами для телефонов, а ФНС уже собирает картину бизнеса в 4K.

Егоров также подвёл предварительные итоги амнистии дробления бизнеса.

По предварительным оценкам, из тени уже вышли более 11 тысяч групп, включающих 25 тысяч налогоплательщиков.

Это важный показатель. ФНС фактически говорит бизнесу: мы видим группы, видим связи, видим специальные налоговые режимы и понимаем, где есть риск искусственного дробления.

Амнистия дробления — это шанс для тех, кто готов перестроить бизнес-модель и отказаться от сомнительных схем. Но это не волшебная кнопка «простить всё».

Если компания формально отказалась от дробления, но фактически продолжает работать через тех же людей, те же склады, те же IP-адреса, тех же сотрудников, одни и те же договоры и одни управленческие решения, то налоговый риск никуда не делся. Он просто переоделся.

ФНС продолжает анализировать тех, кто применяет специальные налоговые режимы, на предмет возможных рисков дробления.

Особое внимание, скорее всего, будет к сферам, где дробление встречается чаще всего:

• торговля;

• строительство;

• логистика;

• общепит;

• услуги;

• маркетплейсы;

• группы ИП и ООО с общими ресурсами.

Бухгалтеру и директору нужно честно ответить себе на несколько вопросов:

• зачем в группе несколько компаний или ИП;

• есть ли у каждого участника самостоятельная деловая цель;

• кто реально управляет бизнесом;

• кто несёт расходы;

• кто владеет активами;

• кто работает с клиентами;

• почему выручка распределена именно так;

• не выглядит ли структура как способ сохранить УСН или уйти от НДС.

Если ответ звучит как «ну так исторически сложилось», это плохой ответ. Для суда и ФНС он обычно звучит как «мы не успели придумать легенду».

На фоне выступления Егорова особенно важно помнить о новой реальности по УСН и НДС.

Снижение лимитов для освобождения от НДС делает огромное количество предпринимателей и организаций на УСН участниками НДС-повестки.

Это особенно болезненно для малого бизнеса, который привык считать УСН простой системой: получил деньги, заплатил налог, закрыл месяц.

Теперь всё сложнее. Появляются вопросы:

• когда возникает обязанность платить НДС;

• какую ставку применять;

• можно ли принять входной НДС;

• как работать с контрагентами на общей системе;

• как менять договоры;

• как учитывать маркетплейс-комиссии;

• как пересчитывать цены;

• что делать при превышении лимита в середине года.

Для бизнеса это уже не просто бухгалтерский вопрос. Это вопрос маржинальности.

Если НДС не заложен в цену, его придётся платить из прибыли. А прибыль, как известно, существо пугливое: чуть что — исчезает.

Егоров также рассказал об автоматизации вычетов, льгот и расчётов.

С начала 2026 года ФНС предоставила налоговые вычеты в автоматизированном режиме на сумму более 200 млрд рублей. Речь идёт о вычетах на лечение, обучение, спорт.

Егоров сказал:

«Мы реализовали модель, по которой вычеты на лечение, обучение, спорт. Мы за счет взаимодействия с организациями этой сферы услуг получаем от них данные, автоматически заполняем и предоставляем нашим гражданам».

Также он отметил, что срок возврата денег по декларациям сократился с трёх-четырёх месяцев до 15 дней.

Это хорошо для граждан. Но для бизнеса важен другой сигнал: ФНС всё больше работает не с заявлениями, а с данными.

С 2027 года планируются два крупных изменения для организаций:

«Это налог на имущество юридических лиц. Мы переходим на полный расчет налога самостоятельно. Это примерно 800 тысяч организаций, которые больше не будут нам сдавать декларации по налогу на имущество и уведомления».

И ещё:

«Также с 2027 года убираем декларации по обособленным подразделениям юридических лиц. Это еще минус миллион деклараций в год».

На первый взгляд — прекрасная новость. Меньше деклараций, меньше отчётности, меньше рутины.

Но бухгалтеру расслабляться рано.

Если ФНС сама рассчитает налог, организации всё равно придётся проверять:

• объекты имущества;

• кадастровую стоимость;

• льготы;

• ставки;

• региональные особенности;

• данные по обособленным подразделениям;

• правильность распределения налоговой базы.

То есть отчётности меньше, но ответственности меньше не становится. Просто раньше бухгалтер сам подавал декларацию, а теперь ему придётся проверять расчёт ФНС и вовремя спорить, если что-то не так.

Цифровизация — это не когда работы стало меньше. Это когда ошибка стала быстрее.

Отдельно ФНС напомнила о льготах для предпенсионеров. По земельному налогу налоговая база уменьшается на величину кадастровой стоимости 600 кв. м одного участка.

По налогу на имущество действует освобождение от налогообложения одного объекта каждого вида, если он не используется в предпринимательской деятельности. Например, квартира, жилой дом, садовый дом, гараж или хозяйственная постройка до 50 кв. м.

Если налогоплательщик не подал заявление, льгота предоставляется проактивно на основании сведений, полученных от Социального фонда России.

Это тоже часть общей логики: ФНС хочет сама получать данные, сама применять льготы, сама считать, сама предупреждать.

Для граждан это удобно. Для бизнеса это сигнал: ручной налоговый мир заканчивается.

После выступления Егорова я бы не стал ждать новых писем счастья от ФНС. Лучше заранее провести внутреннюю налоговую ревизию.

Минимальный чек-лист:

1. Импортёрам — проверить готовность к СПОТ, QR-кодам, обеспечительным платежам и корректности данных по поставкам.

2. Продавцам на маркетплейсах — сверить данные площадок с бухгалтерским и налоговым учётом.

3. Компаниям на УСН — проверить лимиты, НДС-риски, цены, договоры и маржинальность.

4. Группам компаний — оценить признаки дробления и подготовить деловое обоснование структуры.

5. Организациям с имуществом — проверить объекты, кадастровую стоимость, льготы и региональные ставки до перехода на расчёты ФНС.

6. Компаниям с обособленными подразделениями — заранее проверить распределение прибыли и корректность данных.

7. Всем — не ждать выездной проверки, а анализировать риски по данным, которые уже видит или скоро будет видеть ФНС.

Выступление Даниила Егорова — это не просто отчёт о работе ФНС. Это описание будущей налоговой модели.

ФНС хочет:

• видеть импорт до ввоза;

• видеть продавцов на маркетплейсах по ИНН;

• предупреждать о рисках до проверки;

• выявлять дробление по цифровым следам;

• автоматически считать налоги;

• автоматически применять льготы;

• сокращать отчётность, но усиливать контроль.

Для добросовестного бизнеса это может быть удобно. Для серых схем — тревожно. Для бухгалтеров — как обычно: «работы станет меньше» означает, что работы станет больше, просто называться она будет иначе.

Главное правило на 2026–2027 годы: не спорить с ФНС после того, как она всё нашла, а заранее понять, что именно она может увидеть.

Потому что налоговая теперь не просто проверяет документы. Она сравнивает данные. А данные, в отличие от некоторых контрагентов, на допросе почти не путаются.

Помощь по налоговым проверкам, требованиям ФНС, восстановлению документов и защите расходов.

Мои книги по налогам, проверкам, защите бизнеса и работе с ФНС.

Налоговые льготы, вычеты и специальные решения — сейчас действует специальная цена.

Если статья была полезна — ставьте лайк и подписывайтесь.