Сотрудничество с Китаем – единственный стимул финансовой системы России в условиях санкций

Сотрудничество с Китаем остается единственным стимулом для российской финансовой системы в условиях санкций. Об этом в ходе конференции Doing Business with China, организованной газетой The Moscow Times¹, заявил первый вице-президент «Газпромбанка» Денис Шулаков. С места события передает корреспондент Клерк.Ру Сергей Васильев.

«Товарооборот России с Китаем все последние годы стабильно растет, правда, доля импорта в нем постепенно нарастает, - отметил Денис Шулаков. - Во втором полугодии 2014-го, к примеру, сальдо товарооборота было отрицательным – минус 24%. Тем не менее, суммарный товарооборот превысил 94 млрд. долларов, к 2020 году запланировано довести его до 200 млрд.».

«Но в каких валютах он должен осуществляться? – задался вопросом банкир. - Друг другу мы с Китаем до сих пор платим долларами (90% расчетов), а в остальных 10%  рубль практически отсутствует. Кто закладывает правила игры – это интеллектуальный вызов, который сейчас стоит перед политиками. Поскольку есть устойчивое сальдо, можно вводить краткосрочные финансовые инструменты, а на их основе позже и долгосрочные».

«Сегодня у нас ресурс финансовый практически отсутствует, - посетовал Денис Шулаков. - Соотношение финансовых активов и ВВП страны в России – 2,0, в Китае – 6,6. А чем больше коэффициент, тем легче достать деньги. Для примера, в Великобритании он равен 12, поэтому там легко вкладываться в новые рискованные проекты, а в России дай бог, чтобы хватило средств проинвестировать товарооборот, чтобы хватило денег до оплаты следующей партии товара по контракту».

«Российский рынок, тем не менее, живой и за прошлый год был окончательно либерализован, - считает вице-президент «Газпромбанка». - То, что рубль сегодня стал стабилизироваться вокруг 60, а не 75 за евро - это результат умелого управления».

«Сегодня в России присутствуют 4 китайских банка, - напомнил Шулаков. -  Торги на бирже парой юань-рубль за год составили 48 миллиардов юаней. Российские банки за это время попытались выйти на рынок офшорного юаня в Гонконге, но сегодня ни один госбанк, который находится под санкциями, занимать там не может. Остаются рынки Китая и России, здесь санкции американские вроде бы не действуют. Именно эта тема сейчас на острие политических и деловых обсуждений. Если регуляторы двух стран договорятся, и банки на эти платформах сделают инструменты друг для друга, то механизм заработает. Без этого мы останемся там, где находимся сейчас».