Суды говорят, что самозанятый может сдавать имущество в аренду своему работодателю. Но ФНС все равно против
В общем случае самозанятые могут платить НПД при сдаче в наем жилых помещений или автомобилей. Но сотрудничество со своим работодателем – под запретом.
Об этом сообщает ФНС в письме от 04.12.2023 № СД-4-3/15157.
То есть, сдавать в аренду имущество своему работодателю в рамках НПД нельзя.
Впрочем, это вопрос спорный. По нормам закона, нельзя оказывать услуги работодателю, а аренда – не услуга. Поэтому организации судятся с ФНС и выигрывают.
Например, по делу № А46-12519/2022 есть определение Верховного Суда в пользу налогоплательщика. ФНС этот суд проиграла.
Но для ФНС это решение суда – не указ. Налоговики продолжают стоять на своем.
Вместе с тем, чтобы было меньше споров, целесообразно внести поправки в закон о самозанятых, чтобы запрет на сотрудничество с самозанятыми был не только для работ и услуг, но и для имущественных прав. Такую идею выдвигает ФНС.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.