Расходы на добровольное страхование уменьшают налог на прибыль, но есть условия
Расходы на добровольное страхование имущества можно учитывать, если это – условие деятельности компании или страховка нужна для компенсации расходов.
В письме от 04.07.2025 № 03-03-06/1/65380 Минфин разъяснил, когда расходы на добровольное страхование имущества учитывают в целях налога на прибыль.
Расходы на добровольное страхование имущества принимаются для целей налогообложения прибыли с учетом положений ст. 263 НК, напомнил Минфин.
Согласно подп. 10 п. 1 ст. 263 НК, расходы на добровольное имущественное страхование включают страховые взносы по иным видам добровольного имущественного страхования, если такое страхование является условием осуществления налогоплательщиком своей деятельности или если такое страхование направлено на компенсацию расходов (убытков, недополученных доходов), которые могут возникнуть в результате страхового случая.
Компании учитывают все расходы, если они соответствуют положениям ст. 252 НК, уточнило ведомство. Исключения перечислены в ст. 270 НК.
Верно рассчитывать базу по налогу на прибыль научим на курсе профпереподготовки «Главный бухгалтер на ОСНО». Вы узнаете, как составлять отчетность, работать с ЭДО и управленкой, сможете легко проходить налоговые проверки. В обновленной программе есть уроки по расчету среднего заработка и расчетам с персоналом с 1 сентября 2025 г.
Цена со скидкой 61%: 12 900 рублей вместо 33 000 рублей. Присоединяйтесь к новому потоку.
После обучения вы получите диплом о профессиональной переподготовке на 256 ак. часов.
Галина НерубащенкоНовостной корреспондент
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.