В Госдуме допустили исчезновение ИП: депутат предложил перевести предпринимателей в юрлица
Статус индивидуального предпринимателя со временем может потерять актуальность и быть заменен налоговыми режимами внутри юрлиц, по словам депутата Артема Кирьянова.
Заместитель председателя комитета Госдумы по экономической политике Артем Кирьянов допустил, что в будущем в России может быть упразднен статус индивидуального предпринимателя. По словам депутата, страна движется к созданию более прозрачной конкурентной среды, и действующая форма ИП в этом процессе может потерять актуальность.
Об этом он заявил эфире радиостанции «Говорит Москва».
Кирьянов отметил, что ИП нередко используется в серых схемах для ухода от обязательных платежей, а это создает неравные условия на рынке.
По его словам, сохранение ИП «только ради схем по обналичиванию денег» не имеет смысла.
Депутат заявил, что статус индивидуального предпринимателя «может исчезнуть и раствориться», поскольку предприниматель отвечает по обязательствам всем своим имуществом, а сама конструкция «не вполне прозрачна» для целей контроля. В качестве альтернативы он предложил выстроить «цепочку перехода» от самозанятости к различным налоговым режимам в рамках юридических лиц — от более легких к более обременительным.
Ранее в Госдуме уже обсуждали возможность отказа от ИП после 2028 года, однако официальных законопроектов на эту тему сейчас нет. Министерства и ФНС публично инициативу не комментировали.
Борис Мальцевфаундер «Клерка»
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.