Проверок – меньше, качество контроля - выше
В 2007 году по результатам проверок в бюджетную систему дополнительно начислено 7,7 млрд. рублей (рост доначислений за год – более 32 процентов), а за два последних года результативность контрольной работы возросла почти в два раза.
Повышение эффективности контрольной работы налоговых органов области в значительной мере обеспечено за счет внедрения в практику постоянного мониторинга и системного анализа финансово-хозяйственной деятельности налогоплательщиков.
В 2007 году по результатам проверок в бюджетную систему дополнительно начислено 7,7 млрд. рублей (рост доначислений за год – более 32 процентов), а за два последних года результативность контрольной работы возросла почти в два раза.
Изменение подходов к проведению выездных проверок позволило, втрое снизив их количество в сравнении с 2006 годом, обеспечить в 2007 году рост доначислений: на 53,4 % в сравнении с 2006 годом и более чем в два раза - с 2005 годом.
Разработанная ФНС России «Концепция системы планирования выездных налоговых проверок» ориентирует на целенаправленный отбор объектов для проведения мероприятий налогового контроля. Согласно Концепции, планирование проверок – это открытый процесс, построенный на отборе налогоплательщиков по 11 критериям риска. Главным в нем является детальный анализ сведений о конкретном налогоплательщике, содержащихся в различных информационных ресурсах.
Деятельность особо проблемных групп налогоплательщиков находится на дистанционном контроле областного налогового Управления. В этих целях ведется информационный обмен с Управлением внутренних дел, Управлением финансово-бюджетного надзора, Таможенным Управлением, ОАО «Ростовэнерго» и т.д. Формируется и постоянно пополняется региональная база данных недобросовестных налогоплательщиков. Информация по движению их финансовых потоков используется для выявления и подтверждения фактов участия предприятий или контрагентов в схемах уклонения от налогов.
Отдел работы с налогоплательщиками и СМИ
Управления ФНС России по Ростовской области
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.