Клерк.Ру

Конфискация без признания вины

Автор: Герасимова Юлия Александровна, юрисконсульт

Одним из основополагающих вещных прав, гарантированных нам Конституцией Российской Федерации (далее – Конституция РФ) является право частной собственности. Согласно нормам Конституции РФ признаются и защищаются равным образом частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности (статья 8, часть 2); каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34, часть 1); право частной собственности охраняется законом; каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами; никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда (статья 35, части 1 – 3).

В свою очередь необходимо иметь в виду, что право частной собственности, как неоднократно указывал Конституционный суд Российской Федерации (далее Конституционный суд РФ), не является абсолютным и в некоторых случаях может быть ограничено государством. Согласно ст. 55 Конституции РФ во взаимосвязи со ст. 17 и 19 Конституции РФ право частной собственности может быть подвергнуто ограничению не иначе как федеральным законом исключительно для защиты прав и законных интересов других лиц и, что особенно важно, данные ограничения должны отвечать принципам справедливости, разумности и соразмерности.

Именно нарушение таких основополагающих принципов юридической ответственности как справедливость, разумность и соразмерность наказания за совершенное правонарушение и заставило ООО «Стройкомплект» обратиться в Конституционный суд РФ с жалобой о проверке конституционности ч.1 статьи 3.7. и ч. 2 статьи 8.28 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации (далее – КоАП РФ).

Суть дела

В 2009 году ООО «Стройкомплект» передало по договору аренды ООО «Теллура» многофункциональную лесозаготовительную машину «Харвестер John Deere 1270D» (далее –Харвестер) для осуществления предусмотренных законом действий, связанных с вырубкой леса.

Однако два сотрудника ООО «Теллура», используя вышеуказанную технику, превысили установленный им лимит для вырубки леса на 37 единиц деревьев, нанеся ущерб государству в размере 57 тысяч рублей. Данное правонарушение подпадает под действие части 2 статьи 8. 28 Кодекса об Административных правонарушениях Российской Федерации (далее – КоАП РФ) и влечет наложение административного штрафа на граждан (должностных лиц, юридических лиц) с конфискацией орудия совершения административного правонарушения.

Согласно данной норме вышеуказанные сотрудники ООО «Теллура» по решению суда подверглись штрафу в размере 3,5 тысячи рублей с каждого. И все было бы ничего, если бы судом вместе со штрафом не была назначена конфискация в доход государства орудия совершения правонарушения, коим был признан Харвестер.

Жалобы оштрафованных сотрудников ООО «Теллура», в том числе и надзорная жалоба, в которой прямо указывалось, что Харвестер не является их собственностью, остались без удовлетворения по тому основанию, что конфискация в подобных случаях производится вне зависимости от того, является ли орудие административного правонарушения собственностью нарушителя или находится у него на иных законных основаниях.

Законный же владелец спецтехники, который не был привлечен к участию в процессе, так как он не имеет отношения к делу о незаконной вырубке деревьев, узнал о конфискации своего имущества только от судебных приставов.

Данное дело было осложнено еще одним немаловажным обстоятельством: Харвестер является одной из самых прогрессивных лесозаготовительных машин в мире, и его стоимость оценивается в пятнадцать миллионов рублей.

Безусловно его конфискация у законного владельца, вина которого в совершенном правонарушении отсутствует, нанесла непоправимый ущерб его коммерческой деятельности, не говоря уже об упущенной выгоде, не оставив ему другого выхода, кроме обращения в Конституционный суд РФ.

Предмет рассмотрения по делу

Предметом рассмотрения Конституционного Суда РФ по настоящему делу являются положения части 2 статьи 8.28 КоАП Российской Федерации, как допускающие во взаимосвязи с частью 1 статьи 3.7 данного Кодекса конфискацию орудия совершения административного правонарушения, принадлежащего на праве собственности не правонарушителю, а другому лицу, не привлеченному к административной ответственности за данное административное правонарушение.

Позиция Заявителя (ООО «Стройкомплект»)

В своей жалобе в Конституционный суд РФ ООО «Стройкомплект» указывает, что конфискация Харвестера привела к наказанию собственника имущества, непривлеченного к ответственности, а не виновных в совершенном правонарушении, что, безусловно, искажает основополагающие принципы права, закрепленные в Конституции РФ. По мнению заявителя нарушены следующие принципы:

1. Принцип справедливости назначения наказания.

Фактически собственник имущества был лишен возможности участия в судебном процессе и защиты своих прав в судебном порядке, так как не имеет отношения к предмету разбирательства, а КоАП РФ не предусматривает его участия в подобного рода судебном деле, что, безусловно, нарушает его конституционное право на получение судебной защиты.

2. Принцип соразмерности назначения наказания. Заявитель обращает внимание суда на тот немаловажный факт, как стоимость лесозаготовительной машины, так как она в разы превышает причиненный правонарушителями ущерб.

3. Принцип презумпции невиновности.

Ну и, конечно же, основным аргументом ООО «Стройкомплект» явилось отсутствие вины собственника конфискованного имущества, что, безусловно, нарушает принцип презумпции невиновности, гарантированный Конституцией РФ.

Позиция Конституционного суда РФ

Забегая вперед, можно отметить, что Конституционный суд РФ в своем Постановлении от 25 апреля 2011 г. N 6­П «По делу о проверке конституционности части 1 статьи 3.7 и части 2 статьи 8.28 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с жалобой общества с ограниченной ответствен­ностью «СтройКомплект» (далее – Постановление) поддержал позицию Заявителя.

Данным Постановлением Конституционный суд РФ признал положения части 2 статьи 8.28 КоАП РФ несоответствующими Конституции РФ, а в частности ее статьям 35 (части 1 и 3), 46 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3), в той мере, в какой эти положения во взаимосвязи с частью 1 статьи 3.7 данного Кодекса допускают в качестве административного наказания конфискацию орудия совершения административного правонарушения, принадлежащего на праве собственности лицу, непривлеченному к административной ответственности за данное административное правонарушение и непризнанному в законной процедуре виновным в его совершении.

Аргументируя свою позицию, суд особо обратил внимание на тот факт, что из смысла ч. 2 ст. 54 Конституции РФ, наличие состава правонарушения является необходимым основанием для всех видов юридической ответственности. Одним из таких элементов состава правонарушения является наличие вины. По сути, наличие вины как необходимого элемента состава правонарушения и есть гарантированный нам Конституцией РФ принцип презумпции невиновности.

Согласно п. 1 ст. 49 Конституции Российской Федерации каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

Ч. 1 ст. 1.5. КоАП РФ гласит, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

Отсутствие же вины в совершении административного правонарушения, согласно п. 24.5 КоАП РФ является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении.

Из анализа вышеуказанных норм Конституционный суд делает справедливый вывод о том, что безвозмездное изъятие в доход государства орудия совершения административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 8.28 КоАП РФ (механизмов, автомототранспортных средств, самоходных машин и др.), – как санкция за совершение административного правонарушения, применяемая к правонарушителю, – по сути, направлено на собственника соответствующего имущества, поскольку назначается независимо от его вины в данном правонарушении.

Также Судом было отмечено о недопустимости нарушения права на судебную защиту, включающее в себя не только право на обращение в суд, но и гарантированную государством возможность получения судебной защиты путем восстановления нарушенных прав и свобод.

В нашем же случае собственник орудия совершения административного правонарушения был фактически лишен полноценной судебной защиты своих прав.

В данном случае нормы КоАП РФ не только не требуют привлечения собственника имущества к участию в производстве по делу об административном правонарушении, но и делают возможное его участие в процессе бессмысленным, так как ныне действующая редакция КоАП РФ не предполагает выяснение того, какое отношение собственник имеет к данному правонарушению, а его возражения не имеют силы, что в совокупности, безусловно, противоречит Конституции РФ (статья 17, 19, 46).

Довод Заявителя о несоразмерности наказания причиненному ущербу подвергся критике со стороны постоянного представителя президента в Конституционном суде Михаила Кротова, который заявил, что конфискация не может зависеть от того, обычным или платиновым топором было совершено административное правонарушение в виде незаконной вырубки леса.

Оценив все обстоятельства по делу, Конституционный суд РФ дал им вполне адекватную оценку, сделав вывод о том, что положения части 2 статьи 8.28 КоАП РФ – в той мере, в какой они во взаимосвязи с частью 1 статьи 3.7 данного Кодекса, вопреки требованиям статей 46 (часть 1) и 54 (часть 2) Конституции РФ, допускают в качестве административного наказания конфискацию орудия совершения административного правонарушения у собственника этого имущества, непривлеченного к административной ответственности и непризнанного в законной процедуре виновным в совершении данного административного правонарушения, – в нарушение статьи 55 (часть 3) Конституции РФ несоразмерно ограничивают право частной собственности, гарантированное статьей 35 (части 1 и 3) Конституции РФ.

Признавая п. 2 статьи 8.28 КоАП РФ во взаимосвязи с ч. 1 ст 3.7. КоАП РФ несоответствующими Конституции РФ, Конституционный Суд РФ с одной стороны защитил интересы добросовестных собственников имущества, а с другой стороны дал почву для злоупотребления правом путем создания вполне очевидных схем для ухода от административной ответственности.

Понимая это, в своем Постановлении Конституционный суд РФ сделал 2 немаловажные оговорки:

Признание вышеуказанных норм неконституционными не лишает федерального законодателя права внести в КоАП РФ изменения, касающиеся условий и порядка конфискации имущества, явившегося орудием совершения административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 8.28 КоАП РФ, если данное административное правонарушение совершено не собственником этого имущества, а иным лицом, которому оно было передано для противоправной деятельности.

Признание вышеуказанных норм неконституционными не исключает возможность привлечения к административной ответственности в порядке, установленном КоАП РФ, юридического лица – собственника имущества, явившегося орудием совершения административного правонарушения, если будет установлено, что это имущество было передано им другим лицам с целью осуществления противоправной деятельности, запрещенной частью 2 статьи 8.28 данного Кодекса.

Думается, что наличие данных оговорок в Постановлении Конституционного суда РФ от 25 апреля 2011 г. N 6­П не заставит долго ждать принятия соответствующих поправок в КоАП РФ, а также положит начало «интересной» судебной практике в части доказывания передачи имущества собственником с целью осуществления посредством данного имущества противоправной деятельности.