Рыночные цены определяются на основе информации официальных источников
ФАС указал, что налоговый орган должен не сам признавать рыночной цену реализации продукции, а обращаться в специализированный орган с запросом о существующих на конкретный момент рыночных ценах на данную продукцию.
ФАС Московского округа в Постановлении от 27 августа 2009 г. N КА-А41/8459-09 указал, что налоговый орган должен не сам признавать рыночной цену реализации продукции, а обращаться в специализированный орган с запросом о существующих на конкретный момент рыночных ценах на данную продукцию.
ФАС отметил, что налоговый орган может вынести мотивированное решение о доначислении налога и пеней по сделкам между взаимозависимыми лицами только в случаях, если цены на товары по таким сделкам отклоняются более чем на 20% от рыночной цены на идентичные товары.
Таким образом, чтобы установить такое отклонение, необходимо: определить рыночную цену идентичных товаров в соответствующем периоде; рассчитать сумму, составляющую 20% рыночной цены; рассчитать отклонение цены товара от рыночной цены в рублях; сравнить полученное отклонение с суммой, составляющей 20% рыночной цены.
Рыночной ценой признается цена, сложившаяся на рынке идентичных, а при их отсутствии - однородных товаров в сопоставимых экономических условиях. При этом уровень рыночных цен должен определяться из официальных источников.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.