ОС учитываются по стоимости, отраженной в документах передающей стороны
ФАС подтвердил, что для целей исчисления налога на прибыль и начисления амортизации по переданным в качестве взноса в уставный капитал объектам ОС общество неправомерно использовало стоимость, определенную независимым оценщиком.
ФАС Волго-Вятского округа в Постановлении № А29-6110/2010 от 26.04.2011 подтвердил, что для целей исчисления налога на прибыль и начисления амортизации по переданным в качестве взноса в уставный капитал объектам ОС общество неправомерно использовало стоимость, определенную независимым оценщиком.
ФАС указал, что стоимость имущества (имущественных прав), полученного в порядке приватизации государственного или муниципального имущества в виде вклада в уставный капитал организаций, признается по стоимости (остаточной стоимости), определяемой на дату приватизации по правилам бухгалтерского учета.
Основные средства отражаются в бухгалтерском балансе по остаточной стоимости, то есть по фактическим затратам их приобретения, сооружения и изготовления за вычетом суммы начисленной амортизации.
Согласно системному толкованию изложенных норм стоимость имущества, полученного в процессе приватизации, следует определять по данным бухгалтерского учета передающей стороны на дату приватизации. При этом основные средства принимаются к учету по остаточной стоимости, отраженной в бухгалтерском учете передающей стороны.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.