Приморское управление Роспотребнадзора устранило допущенные нарушения
Прокуратурой Приморского края выявлены нарушения, связанные с неполнотой принимаемых мер в сфере предупреждения коррупционных правонарушений, несоблюдением государственными служащими ограничений.
Прокуратурой Приморского края выявлены нарушения, связанные с неполнотой принимаемых мер в сфере предупреждения коррупционных правонарушений, несоблюдением государственными служащими ограничений, нарушением запретов и неисполнением обязанностей по службе.
Как сообщает пресс-служба краевой прокуратуры, в ходе проверок были установлены многочисленные случаи представления государственными служащими УФМС России по Приморскому краю и краевого Управления Роспотребнадзора неполных и недостоверных сведений о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также таких сведений в отношении их супругов и детей.
В Управлении Роспотребнадзора по краю установлены случаи замещения гражданским служащим должности без высшего профессионального образования, нахождения на гражданской службе лиц, состоящих в родстве, при непосредственном подчинении одного из них другому.
По выявленным нарушениям закона прокуратурой края в адрес руководителей вышеуказанных государственных органов внесены представления. По итогам прокурорской проверки 146 государственных служащих привлечены к дисциплинарной ответственности, 25 - к материальной, 3 - уволены с гражданской службы.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.