Почти половина мирового спама рассылается из одной сети
По данным Symantec, более 40% мирового спама рассылается всего из одной бот-сети.
По данным Symantec, более 40% мирового спама рассылается всего из одной бот-сети. В отчете говорится, что бот-сеть Rustock, где в апреле этого года насчитывалось около 2,5 млн инфицированных компьютеров, сейчас распространяет около 43 млрд спамовых писем ежедневно. Большая часть спама - это фармацевтическая реклама.
По расчетам Symantec, сейчас Rustock насчитывает около 1,3 млн инфицированных компьютеров, что говорит о почти двукратном уменьшении числа компьютеров-зомби. Несмотря на это, сама сеть увеличила свою активность, говорит Пол Вудс, аналитик MessageLabs.
Значительная часть компьютеров, входящих в Rustock, являются машинами, расположенными в Северной Америке и Западной Европе. Вудс говорит, что двукратное снижение размеров Rustock можно объяснить различными факторами, например тем, что антивирусы, установленные на компьютерах пользователей, научились лучше обнаруживать троянские программы, используемые операторами Rustock, передает cybersecurity.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.