ФНС стала снайпером: проверок меньше, а средний чек вырос с 31 до 119 млн рублей

Выездных налоговых проверок стало меньше. На первый взгляд — хорошая новость для бизнеса. Но это как радоваться, что врачей стало меньше, когда у каждого в руках теперь МРТ, анализ крови и доступ к вашей истории болезни.

ФНС за последние годы изменила модель контроля. Раньше налоговая проверка часто воспринималась как самостоятельное мероприятие: пришли, запросили документы, начали искать нарушения. Сейчас выездная проверка — это уже финальный этап. До нее идет аналитика: декларации, НДС-цепочки, банки, контрагенты, ЕНС, зарплатная нагрузка, убытки, вычеты, онлайн-кассы, сведения из реестров.

Главный вывод по статистике: количество проверок снижается, но цена одной проверки растет. ФНС стала ходить реже, но точнее. Для бизнеса это означает не снижение риска, а изменение его природы.

1. Налоговые поступления: ФНС собирает всё больше

ФНС показывает устойчивый рост налоговых поступлений. По итогам 2024 года в бюджетную систему поступило 56,3 трлн руб., что на 9,5 трлн руб., или на 20,3%, больше 2023 года. В консолидированный бюджет поступило 43,5 трлн руб., в федеральный бюджет — 24,8 трлн руб., в консолидированные бюджеты субъектов РФ — 18,7 трлн руб.

За 2023 год налоговые поступления составили 46,8 трлн руб., что на 11,3% больше 2022 года. Федеральный бюджет получил 19,6 трлн руб., консолидированный бюджет РФ — 36,2 трлн руб.

За 2022 год, по данным ФНС, в консолидированный бюджет РФ поступило 33,58 трлн руб. Рост к 2021 году составил 18%, или 5 трлн руб. Федеральный бюджет получил 19,43 трлн руб., консолидированные бюджеты субъектов — 14,15 трлн руб.

Динамика поступлений

По 2025 году на момент подготовки материала публичная федеральная сводная цифра по всей РФ в найденных официальных материалах не раскрыта в таком же удобном формате, как за 2023–2024 годы. Но региональные итоги показывают продолжение роста. Например, Московская область сообщила о 2,1 трлн руб. поступлений за 2025 год и росте на 15,1%, Новосибирская область — о 527,4 млрд руб. и росте на 18,4%, Рязанская область — о росте на 13,3%, Крым — о росте на 30%.

Тенденция: ФНС собирает больше не только за счет роста номинальных оборотов и инфляции. Существенную роль играет качество администрирования: автоматическая сверка данных, риск-ориентированный отбор, работа с разрывами по НДС, ЕНС и добровольные уточнения.

2. Проверок меньше, но они стали дороже

ФНС публикует статистику налогового контроля в форме 2-НК. Это основной отчет, где отражаются результаты камеральных и выездных проверок. Логика последних лет понятна: массовые выездные проверки уступают место точечному контролю.

Региональные данные подтверждают снижение количества выездных проверок. В Московской области количество выездных проверок в 2023 году сократилось в 2,5 раза по сравнению с 2022 годом. За первое полугодие 2024 года налоговые органы региона провели 129 выездных проверок против 168 за аналогичный период 2023 года.

Но снижение количества проверок нельзя читать как «налоговая стала мягче». Скорее наоборот: ФНС реже выходит на проверку, потому что до выхода уже провела предпроверочный анализ.

То есть проверка назначается не для того, чтобы «посмотреть, что у налогоплательщика». Проверка назначается, когда налоговый орган уже видит потенциальный результат.

3. Средний чек проверки: главный показатель боли

По профессиональным оценкам и публикациям, средний размер доначислений по выездной проверке организаций растет. Особенно показательна Москва.

Средний чек выездной проверки по Москве

Рост почти в 4 раза за несколько лет.

И здесь важно не путать цифры. Средний чек проверки — это не вся цена для бизнеса. К доначислениям добавляются:

• пени;

• штрафы;

• расходы на юристов и налоговых консультантов;

• восстановление документов;

• экспертизы;

• судебные расходы;

• риск блокировок;

• уголовно-правовые риски при крупных суммах;

• репутационные последствия для компании и руководителя.

ФНС может показать в решении одну сумму, но реальная цена проверки для бизнеса часто выше. Иногда сильно выше.

4. Расходы на ФНС растут: государство вкладывается в налоговую машину

На сайте ФНС есть раздел со сведениями об исполнении федерального бюджета по расходам службы и ее территориальных органов.

По открытым данным федеральных бюджетов, расходы по главе 182 “Федеральная налоговая служба” заметно увеличиваются.

Расходы на ФНС по федеральному бюджету

В бюджете на 2022 год по ФНС предусматривалось 156,5 млрд руб.
В бюджете на 2024 год — 245,5 млрд руб.
В бюджете на 2025 год — 271,6 млрд руб.
В бюджете на 2026 год — 328,4 млрд руб.

Что показывает эта динамика

ФНС для государства — один из наиболее окупаемых институтов. Расходы на службу исчисляются сотнями миллиардов рублей, а поступления — десятками триллионов.

Если грубо сравнивать масштаб, то даже расходы ФНС в размере 328,4 млрд руб. на 2026 год выглядят небольшими на фоне поступлений 56,3 трлн руб. за 2024 год. Для бюджета логика очевидна: цифровая налоговая инфраструктура стоит дорого, но собирает кратно больше.

Для бизнеса вывод другой: контроль будет не слабее, а технологичнее.

5. Налоговый контроль стоит дороже, чем видно в бюджете

Когда обсуждают стоимость налогового администрирования, обычно смотрят только на расходы ФНС. Это неполная картина.

Есть еще расходы бизнеса:

• бухгалтерия;

• налоговые консультанты;

• юристы;

• аудит;

• электронный документооборот;

• учетные системы;

• электронные подписи;

• проверка контрагентов;

• подготовка ответов на требования;

• сопровождение комиссий;

• восстановление документов;

• сопровождение налоговых проверок;

• судебная защита.

Есть и государственный контур вокруг налогового контроля: арбитражные суды, банкротные процедуры, правоохранительные органы, прокуратура, исполнительное производство.

Единой официальной цифры, сколько налоговый контроль стоит всей экономике, в открытых источниках нет. Но для бизнеса эта стоимость вполне реальна: она сидит в ФОТ бухгалтерии, юридических бюджетах, консалтинге, времени руководителя и цене ошибок.

По моей оценке, для обычной компании стоимость налогового соответствия может составлять:

Для малого бизнеса — от 150 тыс. до 1,5 млн руб. в год.
Это бухгалтерия, отчетность, электронная подпись, учетная программа, оператор электронного документооборота, базовые консультации и периодические ответы на требования.

Для устойчивого малого и среднего бизнеса — от 1,5 млн до 10 млн руб. в год.
Здесь уже появляются отдельные расходы на налогового юриста, аудитора, проверку контрагентов, сопровождение требований ФНС, подготовку пояснений, восстановление первички и внутренний контроль.

Для среднего бизнеса с НДС, большим количеством контрагентов и оборотами — от 10 млн до 50 млн руб. в год.
Основная цена — это не только бухгалтерия, а постоянная защита вычетов, контроль НДС-цепочек, работа с требованиями, проверка поставщиков, сопровождение комиссий и подготовка доказательственной базы по расходам.

Для крупного бизнеса — десятки и сотни миллионов рублей в год.
Там налоговое соответствие превращается в полноценную инфраструктуру: департамент налогов, внутренний аудит, комплаенс, автоматизация, внешние консультанты, судебные споры, налоговое планирование и сопровождение проверок.

Отдельная история — когда ФНС уже пришла с требованием или начала предпроверочный анализ. Тогда расходы резко растут.

Простой ответ на требование может стоить бизнесу условно 30–150 тыс. руб.
Сложный ответ с анализом документов, контрагентов и НДС-цепочки — уже 150–500 тыс. руб.
Предпроверочный аудит компании — от 300 тыс. до нескольких миллионов рублей.
Сопровождение выездной налоговой проверки — от 500 тыс. до 5–10 млн руб. и выше, в зависимости от оборотов, периода проверки, количества контрагентов и суммы риска.
Судебный налоговый спор может стоить еще дороже, особенно если нужны экспертизы, восстановление документов и работа по нескольким инстанциям.

Если говорить совсем грубо по экономике в целом, то скрытая стоимость налогового контроля для бизнеса может измеряться сотнями миллиардов рублей в год, а с учетом крупных компаний, споров, внутреннего персонала, IT-систем и времени руководителей — потенциально приближаться к триллионному масштабу. Это не официальная статистика, а расчетная оценка, но порядок цифр вполне реалистичный.

Главный вывод: бизнес платит не только налоги. Он постоянно платит еще и за возможность доказать, что налоги посчитаны правильно. И чем сложнее становится налоговое администрирование, тем дороже становится эта доказательная инфраструктура.

6. Добровольные уточнения: ФНС всё чаще получает деньги без выездной проверки

Один из самых важных трендов — рост роли контрольно-аналитической работы.

Например, УФНС по Московской области сообщало, что за первое полугодие 2024 года в рамках аналитической работы налогоплательщики увеличили налоговые обязательства на 9,3 млрд руб., уменьшили сумму убытка для целей налогообложения на 1,67 млрд руб. и уменьшили НДС к возмещению на 1,2 млрд руб.

Это фактически показывает новую модель работы ФНС:

1. Система видит риск.

2. Налогоплательщику направляют требование или информационное письмо.

3. Компания дает пояснения или подает уточненную декларацию.

4. Деньги поступают без назначения выездной проверки.

5. Если реакция слабая — риск переходит в предпроверочный блок.

Что это значит для бизнеса

Если пришло требование ФНС, это уже не просто «бумага из налоговой». Часто это результат аналитической работы. Игнорировать такие документы опасно.

Требование может быть первым этапом воронки, которая ведет к выездной проверке.

7. Роботизация ФНС: «Битва Роботов» — не фейк, но без фантастики

В 2025 году ФНС сообщала о программе «Битва Роботов». Важно: речь не о физических роботах и не о том, что искусственный интеллект сам доначисляет налоги. Это программные роботы, то есть RPA-инструменты для автоматизации рутинных операций.

По официальной публикации ФНС, второй этап программы проходил в Томске с 10 по 13 ноября 2025 года. В мероприятии участвовали представители Управления модернизации налоговых органов ФНС России, эксперты и тимлиды из регионов, представители Puzzle RPA и сотрудники УФНС по Томской области. Целью программы названы автоматизация и роботизация налогового администрирования, исключение рутинных операций и человеческого фактора из технологических процессов контрольной работы.

Отдельно в 2025 году сообщалось о внедрении ФНС платформы Puzzle RPA с модулем искусственного интеллекта. По данным CNews, архитектура системы рассчитана более чем на 120 тыс. рабочих мест, а техническая поддержка предусмотрена до 2028 года.

Справка:

Puzzle RPA — российская платформа для создания программных роботов, которые автоматизируют рутинные операции: собирают данные, сверяют документы, заполняют формы, готовят отчеты и обрабатывают информацию.

В 2025 году стало известно о внедрении Puzzle RPA в ФНС. По данным CNews, система рассчитана более чем на 120 тыс. рабочих мест и должна использоваться для автоматизации внутренних процессов налогового администрирования.

Важно: это не «робот-инспектор» и не искусственный интеллект, который сам доначисляет налоги. Puzzle RPA — это инструмент, который помогает быстрее обрабатывать данные и находить расхождения. Решения по проверкам и доначислениям по-прежнему принимают должностные лица ФНС.

“Аккуратный вывод”

Не надо писать, что «ИИ ФНС сам проверяет бизнес и выносит решения». Это будет хайп.

Профессиональная формулировка такая: ФНС усиливает автоматизацию и роботизацию налогового администрирования, что ускоряет обработку данных, снижает ручной труд и повышает качество риск-ориентированного отбора налогоплательщиков для контрольных мероприятий.

8. Основные зоны риска на 2025–2026 годы

ФНС уже давно смотрит не на один документ и не на одну декларацию. Она видит модель поведения бизнеса: кто поставщик, куда ушли деньги, кто подписал документы, есть ли сотрудники, совпадают ли обороты с налоговой нагрузкой, насколько реальны расходы и почему компания с миллиардными оборотами показывает зарплаты уровня «на чай бухгалтеру».

Поэтому налоговый риск сегодня — это не одна ошибка в декларации. Это совокупность признаков. И если таких признаков становится много, компания попадает в зону внимания.

8.1. НДС и разрывы

НДС остается главным налогом риска. Именно по НДС ФНС лучше всего видит цепочки, разрывы, технические компании и сомнительные вычеты.

Опасны не только прямые «разрывы», когда поставщик не отразил реализацию или не заплатил налог. Риск возникает и тогда, когда цепочка выглядит искусственно: товар или услуга как будто прошли через несколько компаний, но экономического смысла в этом нет. Деньги идут транзитом, маржа минимальная, документы похожи друг на друга, поставщики не имеют ресурсов, а реальный исполнитель где-то теряется в тумане.

Особенно опасны ситуации, когда у компании высокая доля вычетов по НДС, а поставщики при этом выглядят слабыми: нет персонала, активов, складов, транспорта, сайта, деловой активности и реальной истории работы.

ФНС в таких случаях обычно задает не один вопрос, а целую серию: кто реально поставил товар, где он хранился, кто перевозил, кто принимал, кто общался, почему выбрали именно этого контрагента, как проверяли его деловую репутацию и зачем вообще в цепочке было столько посредников.

Проблема бизнеса часто в том, что сделка может быть реальной, но доказательства собраны плохо. А в налоговом споре реальность без доказательств — это почти как кассовый чек, постиранный в джинсах: вроде был, но использовать сложно.

8.2. Контрагенты

Формальная проверка контрагента больше не спасает. Скачать выписку из ЕГРЮЛ, проверить ИНН и убедиться, что компания не ликвидирована, — это минимальная гигиена, а не полноценная должная осмотрительность.

ФНС и суды все чаще смотрят глубже: мог ли контрагент реально выполнить сделку, были ли у него сотрудники, ресурсы, оборудование, транспорт, склад, опыт, лицензии, деловая активность. Если поставщик существует только на бумаге, а документы выглядят красиво, но пусто, риск переносится на покупателя.

Что нужно иметь в нормальной доказательной папке по контрагенту:

Важно не просто «проверить контрагента», а зафиксировать, почему компания решила с ним работать. Налоговая всегда задает неприятный вопрос: почему вы выбрали именно эту организацию, а не очевидного поставщика с рынком, персоналом и историей?

И вот тут ответ «нам посоветовали» звучит слабовато. Почти как «я случайно нажал кнопку оплатить 30 миллионов».

8.3. Зарплатная нагрузка

Зарплаты — одна из самых чувствительных зон. ФНС сравнивает уровень зарплат с отраслью, регионом, численностью, оборотами и характером деятельности.

Если компания показывает хорошие обороты, активно заключает договоры, выполняет работы, оказывает услуги, но при этом фонд оплаты труда выглядит подозрительно низким, налоговая видит риск. Особенно если в отрасли нужны специалисты, инженеры, менеджеры, водители, рабочие, а по отчетности в компании «полтора человека и один вдохновленный директор».

Низкая зарплатная нагрузка может вызвать вопросы по нескольким направлениям:

• выплата зарплаты «в конвертах»;

• искусственное занижение базы по НДФЛ и страховым взносам;

• использование самозанятых или ИП вместо сотрудников;

• вывод части выплат через подотчет, займы, компенсации или договоры ГПХ;

• несоответствие численности фактическому объему работ.

Отдельный риск — когда компания декларирует крупные обороты, но официальная зарплата сотрудников ниже рынка. Для ФНС это сигнал: либо бизнес работает не теми людьми, которых показывает, либо часть выплат проходит вне официального контура.

8.4. Самозанятые и ИП

Самозанятые и ИП — удобный инструмент, но ФНС смотрит на фактические отношения, а не на название договора.

Если исполнитель работает как сотрудник, то статус самозанятого не спасает. Риск особенно высок, если есть регулярные выплаты, график, подчинение руководителю, работа на территории заказчика, использование оборудования компании, отсутствие иных клиентов и выполнение постоянной функции внутри бизнеса.

Например, если «самозанятый маркетолог» пять дней в неделю сидит в офисе, получает фиксированную оплату, выполняет поручения руководителя и ходит на планерки, то налоговая может сказать: это не самостоятельный исполнитель, а сотрудник под маской налоговой экономии.

То же самое с ИП-управляющими, ИП-консультантами, ИП-продавцами и ИП-специалистами. Если ИП фактически встроен в бизнес как штатный работник, а предпринимательского риска у него нет, появляется риск переквалификации.

Что нужно проверять:

Правильный договор с самозанятым или ИП должен быть про конкретный результат, а не про «сидеть и делать всё, что скажут».

8.5. Подотчет и корпоративные карты

Подотчетные суммы и корпоративные карты — это вечная налоговая мина. Особенно если деньги снимаются наличными, авансовые отчеты не оформляются, чеки отсутствуют, а расходы выглядят личными.

Для ФНС такая ситуация может означать, что компания фактически выплатила доход физическому лицу, но не удержала НДФЛ и не начислила страховые взносы. Если еще и расходы были учтены при налогообложении прибыли, появляется второй слой риска — необоснованные расходы.

Классические проблемные ситуации:

• директор снимает деньги с корпоративной карты без авансового отчета;

• сотрудники оплачивают личные покупки за счет компании;

• чеки не подтверждают связь расходов с деятельностью бизнеса;

• подотчет висит годами;

• командировочные документы оформлены формально;

• представительские расходы не подтверждены программой встречи, участниками и деловой целью.

Подотчет — это не «взял деньги и потом как-нибудь объяснил». Это зона, где нужны документы, сроки, деловая цель и понятная связь с бизнесом.

8.6. Убытки

Убыток сам по себе не нарушение. Бизнес может быть убыточным по объективным причинам: инвестиции, запуск проекта, падение спроса, рост себестоимости, валютные колебания, санкционные факторы, потеря клиента, длительный производственный цикл.

Но если компания годами показывает убытки, при этом продолжает расширяться, платить аренду, закупать товар, выдавать займы, покупать активы и сохранять обороты, у ФНС возникает логичный вопрос: за счет чего живем?

Особенно опасны убытки, которые выглядят искусственно:

• расходы растут быстрее выручки без объяснения;

• закупки идут у сомнительных контрагентов;

• управленческие расходы непропорционально высокие;

• внутри группы компаний прибыль остается в одной компании, а расходы — в другой;

• убыток используется для снижения налога на прибыль;

• компания заявляет убыток и одновременно активно выводит деньги.

ФНС в таких ситуациях может потребовать пояснения экономической причины убытков. И лучше, чтобы объяснение было подготовлено заранее, а не в режиме «сейчас бухгалтер что-нибудь красиво напишет».

8.7. Дробление бизнеса

Дробление бизнеса остается одной из самых опасных зон. Особенно после того, как ФНС накопила большую практику по схемам с УСН, патентом, ИП, взаимозависимыми компаниями и искусственным распределением выручки.

ФНС смотрит не на количество юридических лиц, а на фактическую модель работы. Если несколько компаний формально разные, но по сути работают как единый бизнес, риск высокий.

Признаки дробления:

Само по себе наличие группы компаний не запрещено. Проблема начинается там, где каждая компания не имеет самостоятельного смысла, а нужна только для того, чтобы не платить налоги в полном объеме.

9. Воронка налогового риска: как требование превращается в проверку

Выездная проверка редко появляется внезапно. Обычно до нее есть цепочка событий. Для бизнеса важно понимать эту воронку, потому что на ранних этапах риск еще можно снять или хотя бы снизить.

Этап 1. Сигнал в данных

Сначала ФНС видит отклонение. Это может быть НДС-разрыв, высокая доля вычетов, сомнительный контрагент, низкая зарплатная нагрузка, убытки, странное движение денег, задолженность, резкий рост расходов или несоответствие показателей отрасли.

На этом этапе компания может еще ничего не знать. Но в системе налогового органа уже появился риск.

Этап 2. Требование или информационное письмо

Дальше налоговая направляет требование о пояснениях или документах. Иногда письмо выглядит достаточно спокойно: «просим представить пояснения». Но по смыслу это может быть первый реальный контакт по конкретному риску.

Главная ошибка бизнеса — воспринимать требование как технический документ. На самом деле это начало налоговой позиции. То, что компания напишет на этом этапе, потом может всплыть в акте проверки, в решении и в суде.

Этап 3. Пояснения налогоплательщика

Если ответ подготовлен грамотно, риск можно снизить. Но если ответ формальный, неполный или противоречивый, налоговая получает дополнительный аргумент: компания не смогла объяснить операцию.

Плохой ответ на требование может быть хуже молчания. Особенно если компания направляет лишние документы, которые сама не проанализировала.

Нормальный ответ должен:

• отвечать на конкретный риск;

• не противоречить декларациям и первичке;

• подтверждать реальность операции;

• объяснять деловую цель;

• показывать экономическую логику;

• не создавать новых вопросов.

Этап 4. Добровольное уточнение

Иногда налоговая фактически ожидает уточненную декларацию и доплату. В ряде случаев это действительно дешевле, чем спорить.

Но автоматическая логика «лучше доплатим и забудем» опасна. Уточненка может быть воспринята как подтверждение ошибки. А если речь идет о системном риске, добровольная доплата по одному эпизоду не всегда закрывает остальные вопросы.

Перед уточненкой нужно понять:

Иногда доплата — разумный способ снизить риск. Иногда — преждевременное признание слабой позиции. Разница дорогая.

Этап 5. Предпроверочный анализ

Если риск не снят, компания может попасть в предпроверочную работу. Это уже серьезный этап. Формально выездная проверка еще не назначена, но налоговая уже собирает картину.

На этом этапе ФНС может анализировать контрагентов, банковские операции, сведения из других органов, данные по сотрудникам, движение товаров, НДС-цепочки и взаимозависимость.

Для бизнеса это последний момент, когда можно провести внутреннюю диагностику, собрать документы и подготовить позицию до того, как проверка станет официальной.

Этап 6. Выездная налоговая проверка

Когда назначена выездная проверка, цена ошибки резко возрастает. Налоговая уже понимает, что ищет. Запросы становятся шире, документы анализируются глубже, сотрудники могут давать пояснения, контрагенты — встречные сведения, а каждая нестыковка начинает работать против компании.

На этом этапе нельзя хаотично выдавать документы и отвечать «как получится». Нужна стратегия: какие риски главные, какие документы подтверждают позицию, кто дает пояснения, какие слабые места надо закрывать в первую очередь.

10. Что нужно сделать до проверки

Налоговая безопасность начинается не с акта проверки и не с требования. Она начинается с внутренней диагностики. Причем не формальной, а такой, которая показывает бизнес глазами ФНС.

Минимальный чек-лист налоговой самопроверки

Что особенно важно сделать заранее

Первое — выделить ключевых контрагентов за проверяемый период. Не надо одинаково глубоко проверять всех. Начать нужно с тех, по кому большие суммы, НДС, необычные операции или слабая деловая репутация.

Второе — собрать доказательства реальности сделок. Не только договор и акт, а весь след операции: переписка, заявки, логистика, отчеты, фото, технические задания, платежи, исполнители.

Третье — проверить, нет ли расхождений между документами и фактической моделью. Если в договоре одно, в актах другое, в платежах третье, а сотрудники объясняют четвертое — это будущая проблема.

Четвертое — оценить требования ФНС за последние периоды. Повторяющиеся вопросы налоговой показывают, где уже есть интерес.

Пятое — проверить, какие суммы потенциально могут быть доначислены. Это важно не только для налогового спора, но и для оценки уголовных и банкротных рисков.

11. Главный практический вывод

Не нужно ждать, пока ФНС придет с проверкой. Проверка начинается не с решения налогового органа. Она начинается с данных, которые уже есть у ФНС.

Поэтому правильная стратегия бизнеса — не «отбиться, когда придут», а заранее понять, где слабые места, собрать доказательства и убрать очевидные риски.

Потому что когда проверка уже назначена, времени мало, цена высокая, а импровизация обычно стоит дорого.

ФНС за последние годы стала собирать больше, тратить больше на цифровую инфраструктуру и точнее выбирать налогоплательщиков для контроля.

Проверок стало меньше, но это не означает, что бизнесу стало безопаснее. Это означает, что ФНС стала лучше выбирать цель.

Налоговая проверка в 2025–2026 годах — это не случайность. Это результат данных, аналитики и риск-профиля.

Поэтому защита бизнеса строится не в момент, когда инспектор уже пришел. Она строится заранее: в договорах, первичке, проверке контрагентов, НДС, зарплатах, подотчете, деловой цели и управленческих решениях.

Если коротко: ФНС стала дороже для бюджета, но гораздо дороже для тех, кто попал в ее прицел.

Нужна помощь с налоговой проверкой или требованием ФНС?

Если у вас уже пришло требование ФНС, есть риск выездной проверки или нужно заранее понять, где слабые места в документах и расходах, лучше провести диагностику до того, как ситуация перейдет в акт проверки.

Что можно сделать:

• оценить налоговые риски до проверки;

• подготовить ответ на требование ФНС;

• восстановить документы;

• проверить контрагентов и доказательства реальности сделок;

• защитить расходы и вычеты по НДС;

• подготовить позицию для комиссии или предпроверочного анализа;

• сопровождать выездную налоговую проверку;

• подготовить возражения на акт налоговой проверки.

Помощь по налоговым проверкам, требованиям ФНС, восстановлению документов и защите расходов.

Также доступны мои книги по налогам, проверкам, защите бизнеса и работе с ФНС — с практическими решениями, примерами и алгоритмами действий.

Отдельно — материалы по налоговым льготам, вычетам и специальным решениям. Сейчас действует специальная цена.

Если статья была полезна — ставьте лайк и подписывайтесь. Так вы не потеряете новые разборы по налоговым рискам, проверкам и практике ФНС.