читает материал Я 4 года вел рекламу мебели на одних условиях и пришел сам их менять. Что из этого вышло?
12 января 2026 года я написал собственнику компании, которая возит мебель из Китая: «хотя 4 года работаем по одной и той же ставке». Через минуту добавил, что за эти годы ни разу ничего не добавил к счету. Собственник ответил коротко: «Предлагаю решения — ты уворачиваешься». Обидно, но он был прав.
Собственник получил доступ в рекламный кабинет. Это нормально: кабинет его, деньги его. Дальше он начал вносить правки по своим представлениям о покупателе: выключал площадки, сужал аудитории, менял гео и расписание. Через несколько недель цена привлечения выросла в разы, а отвечать за результат по договору продолжало агентство.
Год я вел эту войну штатными средствами: списки запрещенных площадок, корректировки, отсечение по поведению, ручной пересмотр отчета раз в неделю. Мусор возвращался. Не «частично оставался», а восстанавливал долю расхода через неделю-другую после каждой чистки.
Год я вёл эту войну штатными средствами: списки запрещённых площадок, корректировки, отсечение по поведению, ручной пересмотр отчёта раз в неделю. Мусор возвращался. Не «частично оставался», а восстанавливал долю расхода через неделю-другую после каждой чистки.
Маркетолог на аутсорсе - это специалист или руководитель маркетинга, который работает с компанией по договору оказания услуг, а не по трудовому, отвечает за согласованный результат в цифрах и не получает оклад, налоги и отпускные.
У меня за спиной больше 60 проектов за 19 лет. Это значит несколько десятков людей, которые видели мою работу вблизи и могут про нее рассказать. Стоимость обращения к ним равна нулю.
Я продаю услугу внешнего директора по маркетингу. Это управленческая роль, за нее платят от двух с половиной тысяч долларов в месяц. И вот с таким позиционированием я отправлял холодные письма, в которых стояла фраза «В данный момент рассматриваю новое место работы».
