Рейтинг мировой коррупции: Россия в центре списка
Transparency International, международная организация по исследованию коррупции, опубликовала результаты ежегодного опроса "Барометр мировой коррупции".
Transparency International, международная организация по исследованию коррупции, опубликовала результаты ежегодного опроса "Барометр мировой коррупции".
В тестировании приняли участие 63 тысячи человек по всему миру. По результатам исследования все страны были разделены на пять групп по количеству признавшихся в том, что давали взятки.
Россия на сей раз особо не выделилась – наша страна находится примерно в середине списка наряду с Люксембургом, Малайзией, Турцией и Панамой. Возглавили перечень Албания, Камбоджа и Македония, а вот самый низкий уровень коррупции оказался в Австрии, Японии и Швеции.
Исследователи выделили в российском взяткодательстве три основных особенности. Во-первых, в отличие, от других стран, в нашем государстве чиновникам приплачивают весьма обеспеченные люди. Во-вторых, к традиционным лидерам в среде коррупции – правоохранительным органам – в этом году приблизились образовательные и медицинские учреждения. И, в-третьих, вызывает тревогу сфера обслуживания населения – люди платят не за саму услугу, а за то, чтобы получить ее, оформить все документы.
Перспективы борьбы с коррупцией вызывают у большинства опрошенных скепсис. Глава комитета по законодательству Госдумы Павел Крашенинников так прокомментировал результаты исследования: "По большому счету корни коррупции - у нас в головах: идти к врачам, учителям и давать коробку конфет - это привычка людей, а не чиновников"
Пл материалам ИД "Коммерсант"
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.