Сумма прощенного поставщиком долга включается в доход при ЕСХН
Минфин РФ в своем письме поясняет порядок учета доходов и расходов плательщику ЕСХН в случае, прощения долга поставщиком кормов и ветеринарных препаратов.
Минфин РФ в своем письме № 03-11-06/1/41 от 27.08.2009 поясняет порядок учета доходов и расходов плательщику ЕСХН в случае, прощения долга поставщиком кормов и ветеринарных препаратов.
Ведомство в этой связи отмечает, что сырье и материалы, полученные по договору поставки и не оплаченные организацией в результате соглашения с поставщиком о прощении долга, следует рассматривать как безвозмездно полученные.
Таким образом, сумма прощенного долга должна учитываться при определении налоговой базы по ЕСХН как внереализационные доходы. При этом в случае частичной оплаты по договору поставки организация должна включить в доходы только сумму, которая была прощена.
Кроме того, расходы по приобретению кормов и ветпрепаратов налогоплательщиком, уплачивающим ЕСХН, учитываются в составе расходов в момент погашения задолженности в данном случае - погашения долга.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.