Минфин намерен существенно сократить налоговые льготы
Министр финансов РФ Алексей Кудрин, выступая на брифинге в рамках Петербургского международного экономического форума, заявил, что повышение доходов бюджета должно происходить не за счет увеличения налогов, а за счет отмены льгот.
Министр финансов РФ Алексей Кудрин, выступая на брифинге в рамках Петербургского международного экономического форума, заявил, что повышение доходов бюджета должно происходить не за счет увеличения налогов, а за счет отмены льгот, передает ПРАЙМ-ТАСС.
Министр отметил: «Увеличение налоговых сборов в части снижения дефицита, считаю, лучше проводить не за счет повышения налоговых ставок, а за счет расширения налоговой базы, отмены налоговых льгот и улучшения налогового администрирования».
При этом министр отметил, что в последние годы правительство РФ ввело довольно значительное количество льгот, а увеличение доходов бюджета было обеспечено, в основном, за счет роста цен на нефть. «Последние годы мы много ввели льгот, хотя, по сути, они являются квазирасходами бюджета. В частности, на цели здравоохранения и образования», - пояснил глава Минфина.
«В наших новых государственных программах, которые мы начнем принимать при обсуждении бюджета, мы будем оценивать те ресурсы, которые будут использоваться на их выполнение, в том числе и за счет налоговых льгот», - добавил министр.
По словам Алексея Кудрина, неэффективные льготы и часть налоговых льгот, связанных с «неприоритетными сферами», нужно будет отменять.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.