Бухгалтеры разделились на тех, кто указывает в декларации убытки и на тех, кто не указывает
Стоит или нет указывать в декларации убытки, рассказывают бухгалтеры. Кто-то честно указывает и сразу готовит пояснения, если налоговики их потребуют. А кто-то пусть небольшую, но прибыль показывает.
Стоит или нет указывать в декларации убытки, рассказывают бухгалтеры. Кто-то честно указывает и сразу готовит пояснения, если налоговики их потребуют. А кто-то пусть небольшую, но прибыль показывает.
Спрашивает наш подписчик.
«Собираюсь сдать декларацию с убытком вместо прибыли. Вы сдавали? И что, вас потом терроризировала налоговая инспекция? Или как это все происходит?»
В комментариях пишут, как сдают с убытком — заранее готовят пояснительную записку, почему убыток. Как прилетает требование — сразу отправляют. И все документы в сканах заранее лежат.
«Я отправляла табличку с расшифровкой расходов по статьям (расшифровка — без фанатизма, крупными мазками), а также объясняла в общих чертах причину убытка. Других последствий не было».
А кто-то пишет, что лучше убытки не показывать. Пусть всего пять рублей, но лучше прибыль показать — меньше вопросов.
Коллеги, а как вы поступаете? Потыкайте опрос, пожалуйста.
А вы показываете убытки в декларации?
- Деятельность компании Meta Platforms Inc. (Facebook и Instagram) на территории РФ запрещена
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.