Лидеры мнений заработали на рекламе 30 млрд рублей
Блогеры и лидеры мнений в 2023 году заработали на рынке инфлюенс-маркетинга 30 млрд рублей. Это в 2 раза больше, чем в 2022 году.
За 2023 год доходы лидеров мнений и блогеров от рекламы составили 30 млрд рублей. В 2022 году этот показатель был 15 млрд рублей, что на 5% меньше, чем в 2021 году.
На рынке инфлюенс-маркетинга продвигают товары и услуги через лидеров мнений и блогеров. Сегмент стабилизировался в 2023 году за счет «позитивной экономической ситуации в РФ». Об этом пишет «Коммерсант» со ссылкой на исследование Ассоциации блогеров и агентств (АБА) и платформы для управления интернет-рекламой eLama.
На показатели повлияло еще и то, что рекламодатели перераспределили свои расходы с ушедших иностранных площадок на другие формы маркетинга.
Ожидается, что в 2024 году обороты рынка инфлюенс-маркетинга вырастут до 50 млрд рублей.
Недавно мы писали, что Госдума полностью запретила размещать рекламу у иноагентов. Штраф для граждан — до 50 000 рублей, для компаний — до 500 000 рублей.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.