Чтение бюджета началось ссорой
Депутаты от "Единой России" выдвинули свои претензии к разрабатываемому трехлетнему бюджету на 2008-2010 годы.
Депутаты от "Единой России" выдвинули свои претензии к разрабатываемому трехлетнему бюджету на 2008-2010 годы.
Главные пункты претензий - отказ экономического блока в Правительстве увеличивать финансирование инфраструктурных проектов и резко поднимать пенсии и зарплаты.
По словам лидера единороссов Бориса Грызлова, партия требует, чтобы было увеличено финансирование инфраструктурных проектов и реального сектора экономики, в частности авиастроения, судостроения и атомной энергетики.
Кроме того, депутаты потребовали от Минфина и МЭРТа в полтора раза увеличить финансирование нацпроектов и поддержки сельского хозяйства. Единороссы потребовали, чтобы господдержка сельского хозяйства каждый год увеличивалась на 30 млрд руб.– в 2008 году она должна быть увеличена по сравнению с 2006 годом с 60 млрд руб. до 90 млрд руб.
На дорожное строительство было предложено выделить городам с населением от 500 тыс. до 1 млн человек в 2008 году дополнительно 500 млн руб. на развитие дорожной сети.
Наконец, министрам выдвинули радикальные требования о повышении пенсий и зарплат - с 1 сентября увеличить МРОТ 2,3-2,4 тыс. руб., а не до запланированных 2 тыс. А в 2008 году МРОТ должен достигнуть прожиточного минимума, в связи с чем необходимо перейти на отраслевые системы оплаты труда, так как единая тарифная сетка, существующая сейчас, не позволяет обеспечить достижения МРОТ уровня прожиточного минимума.
При этом депутаты предложили начать решать проблему увеличения среднего объема пенсии с нынешних 26% предыдущего заработка до 40%. Для этого предлагается весь ЕСН отдать на формирование накопительной и страховой части пенсии, а базовую часть пенсии финансировать из федерального бюджета.
Многие позиции депутатов Правительство отвергает по принципиальным соображениям. При этом Белый дом уже к 15 марта планирует определить основные параметры бюджета, внести его в Госдуму не позднее 30 апреля и принять в июле. Сообщает газета «Коммерсант» .
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.