Президент приравнял религиозные церемонии к митингам и шествиям
Президент РФ подписал закон, устанавливающий места для беспрепятственного осуществления богослужений, других религиозных обрядов и церемоний.
Президент РФ подписал закон, устанавливающий места для беспрепятственного осуществления богослужений, других религиозных обрядов и церемоний.
Как сообщает пресс-служба Кремля, Федеральный закон № 316-ФЗ устанавливает, что без предварительного уведомления органов исполнительной власти субъектов РФ или органов местного самоуправления богослужения и другие религиозные обряды и церемонии могут проводится в культовых помещениях, зданиях и сооружениях; в зданиях и сооружениях, принадлежащих религиозным организациям.
В иных случаях публичные богослужения, другие религиозные обряды и церемонии, проводимые в общественных местах в условиях, которые требуют принятия мер, направленных на обеспечение общественного порядка и безопасности как самих участников религиозных обрядов и церемоний, так и других граждан, осуществляются в порядке, установленном для проведения митингов, шествий и демонстраций.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.