Клерк.Ру

Эгалитэ

Иван Федоров, предприниматель

За недолгую современную историю человечества идея равенства успела смутить не один миллион человеческих умов – между гладиаторами Спартака и октябрьскими матросами в пулеметных лентах не так уж много различий: и те, и другие вдохновлялись мечтой о равенстве, которая для подавляющего большинства людей с начала времен является самым понятным и очевидным проявлением справедливости.  

Равенство – очень субъективное, многослойное и глубокое понятие, но это самое подавляющее большинство не желает разбираться в бесчисленных нюансах, и формулирует предельно просто: равенство – это когда быку положено то же, что Юпитеру.  А то, что бык совершенно не похож на Юпитера, что они по природе своей неравны и не могут быть равны, никогда и никого не останавливало.

В советский период очень многие из нас успели привыкнуть к равенству – пусть ущербному, но бесспорному равенству неимущих. У начальника в доме была чешская стенка и ездил он на волге, а у подчиненного стенка была отечественная, а вместо волги - жигуль. Дистанция была короткой, и у каждого были реальные возможности ее сократить, вырасти, выдвинуться. Поэтому в СССР граждане были гораздо «равнее», чем сейчас – и перед законом, и в возможности использования социальных лифтов, поэтому с точки зрения обычного человека общество развитого социализма было справедливо.

При этом – внимание! – советское государство считало тунеядство уголовным преступлением, и заставляло своих граждан работать, всячески рекламируя труд и увязывая общественный статус человека с его достижениями в работе. Это крайне важное обстоятельство, к которому мы ещё вернемся.

Именно справедливость общественного устройства стала самой большой и болезненной жертвой, принесенной нами на алтарь реформ. Сейчас, спустя 25 лет после их начала, Россия представляет собой государство несправедливости и неравенства, в котором единственным пропуском в социальный лифт стало бабло. По всему полю нашего государственного флага микрошрифтом написан настоящий гимн РФ: «Money makes the world go round».

Лучше всего суть нового порядка выражена популярным вопросом «если такой умный, то почему не богатый?», из которого следует, что если богатый, то и умный. И еще красивый, и добродетельный и вообще хороший человек. Ум, нравственные достоинства, трудолюбие, преданность, доброта, творчество, сострадание – все эти и многие другие прекрасные качества человеческой души не имеют в современной государственной идеологии никакой признанной ценности, если не выражаются  в долларовом эквиваленте. Имея бабки, можно решить любой вопрос, а не имея бабок, но имея, например, докторскую степень в медицине – не любой.  Ходят слухи, что в современной России за 250 тысяч евро можно гарантировано уйти от ответственности за тяжкое преступление. Говоря простыми словами, любой, сумевший завладеть такой суммой, автоматически приобретает лицензию на убийство. Как Бонд. Джеймс Бонд.

Именно поэтому главным ориентиром для миллионов наших сограждан, главным критерием оценки любого индивидуального достижения в нашей стране выступает его ликвидность, то есть возможность быстро превратить это достижение в сумму денег по выгодному курсу. Главное желание, доминирующее во многих умах, можно выразить формулой «я хочу тратить как Х», где Х – любой, кто стоит выше на социальной лестнице. Но мы с вами помним, что в нашем случае речь идет уже не о лестнице, а о вертикали, и вверх по ней  ездят только служебные лифты, где платный вход и платный выход, и пользуется этими лифтами крохотное меньшинство.

А огромное большинство тем временем обреченно отыгрывает сценарий «кем родился, тем и сгодился», поскольку в нашем обществе прорывы из одного социального слоя в другой, более высокий, бывают крайне редко.  У человека, выходящего в мир без стартового капитала (денег или связей) крайне мало шансов на успех, но он все равно пытается. Он выходит в мир, и тут же больно получает по лицу твердым кирпичом неравенства.

У него нет опыта работы, без которого не берут на работу, чтобы приобрести опыт работы. Ему не дают кредит, чтобы начать свое дело, поскольку у него нет своего дела, чтобы оформить его в залог под этот кредит. Эти циклические ссылки удерживают человека в его социальном слое лучше всяких цепей и заборов. И вот он сидит внутри этого силового поля, и страдает от перманентного чувства неудовлетворенности. Его самолюбие, его амбиции невыносимо болят от контраста между собственной жизнью и метареальностью из рекламных клипов, которые он смотрит каждый день всего за 600 рублей в год, а 11 каналов – всегда бесплатно.

Каждый хочет любить, и солдат, и моряк. Каждый хочет иметь и бунгало, и лексус.

И вот из этого мощнейшего дрожжевого рекламно-потребительского сусла в мозгу среднестатистического россиянина к 25 годам вспухает красная, воспаленная мысль: Почему у него есть, а у меня – нет?! Я хочу, я имею право, квод лицет йови, так же лицет и бови! ДАЙ!

Однако не дает. Вдруг выясняется, что у обыкновенного человека из недопривилегированного сословия есть лишь один путь к успеху – с самого низа, через изнурительный и многолетний труд.  Затем становится ясно, что хотеть наш человек умеет, а работать – нет. Ему забыли объяснить, что прежде чем насладиться вкусом суси,  нужно вытащить рыбку из пруда.

В телевизоре, который стал для человека первой учительницей, работу не рекламировали, а все, с кем ему приходилось общаться лично, считали, что стать начальником отдела в районной администрации – это карьера, а стать начальником цеха на консервном заводе – это плохая карма. Поэтому многие из нас хотят получать зарплату, а напрягаться и зарабатывать ее хотят немногие.

Помните важное обстоятельство из третьего абзаца? В нашем обществе социальный статус человека почти не связан с его умением и желанием работать.

Тунеядство больше не является пороком, а умение богатеть, не работая, считается доблестью. К сожалению, герои нашего общества – чиновники и спекулянты, а общество с такими героями обречено на стагнацию и постоянные внутренние конфликты, связанные с несправедливым распределением материальных благ и неравенством возможностей. Неравенством, при котором преимущество получают те, у кого есть происхождение, родственные связи, протекция или способности идти к цели по головам трупов, способности к спекуляции, к обману, подлости.  Главное - родиться в семье губернатора, и больше ничего делать будет не нужно, добро пожаловать в клуб. Такое положение дел называется противоестественным отбором или отрицательной селекцией: худшие имеют больше шансов на успех, чем лучшие.   

А откуда взялось это положение дел? Его нам навязали силой? Марсиане заставили нас жить так?

Нет, мы сами справились. Это мы все так устроили, и никто другой.

В следующей статье я обосную эти утверждения примерами из собственного опыта. Продолжение следует.

Отключить рекламу