Блогеры заплатили почти 850 млн рублей налогов
С рекламных доходов в запрещенной социальной сети блогеры заплатили в бюджет 848 млн рублей за 2023 год.
Участники Ассоциации блогеров и агентств (АБА) за 2023 год перечислили в бюджет налоги на общую сумму 848 млн рублей. Доход инфлюенсеры получили за рекламу в Instagram1 (принадлежит организации Meta1, признанной в РФ экстремистской).
Недавно мы писали, что в Госдуму внесли законопроект о запрете размещать рекламу на заблокированных ресурсах.
Владельцы противоправных информационных ресурсов, заблокированных в РФ, продолжают получать от 50 до 90% дохода от российских пользователей. Зачастую такие платформы не зарегистрированы на территории России и ведут провокационную деятельность в отношении интересов страны.
Представители АБА выступили против законопроекта, поскольку такие инициативы направлены на ограничение развития инфлюенс-маркетинга в стране. Об этом пишут «Известия».
- Деятельность компании Meta Platforms Inc. (Facebook и Instagram) на территории РФ запрещена
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.