↕ Разница между самой высокой и низкой зарплатой превысила 220 тысяч рублей
Среднемесячная номинальная начисленная зарплата в декабре 2025 года оказалась самой большой в Москве — 288 524 рубля, а самой маленькой в Чечене — 60 913.
В декабре 2025 года разрыв между самой большой и маленькой средней зарплатой в России составил 227 661 рубль.
Средняя номинальная начисленная зарплата в Москве — 288 524 рубля, а в Чеченской Республике — 60 913. Об этом сказано в материалах Единой межведомственной информационно-статистической системы.
Статистика в документе представлена без учета зарплат в Донецкой Народной Республике, Луганской Народной Республике, Запорожской и Херсонской областях.
По данным на ноябрь 2025 года, разница в зарплатах была 200 049 рублей. Тогда больше всего получили жители Магаданской области — 244 130, а меньше всего жители Ингушетии — 44 081.
Светлана ИвановаНовостной корреспондент
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.