Инспектор по труду «погорел» на мелком вымогательстве
В рамках антикоррупционной компании продолжает расширяться перечень контрольных ведомств, сотрудники которых осуждены за вымогательство взяток.
В рамках антикоррупционной компании продолжает расширяться перечень контрольных ведомств, сотрудники которых осуждены за вымогательство взяток.
Как сообщает пресс-служба Следственного комитета при прокуратуре, один из специалистов Инспекции по труду республики Бурятия в рамках проводимой проверки вымогал у директора местного ОАО 10 тысяч рублей в обмен на свое формальное отношение к проверке. В противном случае угрожал применить к организации ряд санкций, вплоть до приостановления ведения бизнеса.
Директор фирмы сообщила о факте угроз в правоохранительные органы. После чего вымогатель был взят с поличным. Как пишет сегодня Федеральное агентство финансовой информации, ему было предъявлено обвинение по части 2 статьи 290 Уголовного кодекса – «Получение взятки должностным лицом». Суд признал инспектора виновным и приговорил его к трем годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.