Любовь Чащина
был вчера в 14:31
- Клерк с 10.04.2026
- Должность Руководитель группы продаж
- Место работы ООО Скорозвон
- Город Екатеринбург
был вчера в 14:31
Обзвон клиентской базы обычно проходит по статье «работа отдела продаж» и отдельно не анализируется. При этом значительная часть контактов не дает результата ни при каком качестве скрипта, а рабочее время на них оплачивается по полной ставке.
Возврат ушедших клиентов выглядит как бесплатная выручка: база собрана, контакты оплачены прошлыми бюджетами, продукт клиенту знаком. Расходы проявляются в тот момент, когда шесть менеджеров месяц набирают номера по выгрузке «давно не покупали», а финансовый результат сводится к десятку жалоб и обращению абонента в ФАС.
Расходы на подбор продавца компания считает почти всегда. Расходы на его адаптацию — заметно реже. Между тем это вторая по величине статья в стоимости найма, и в отделе холодных продаж она регулярно превышает саму стоимость подбора.
В первом квартале 2026 года МФО впервые передали коллекторам больше долгов, чем банки: 163,7 млрд рублей против 156,5 млрд (данные НАПКА). Рынок взыскания растет — а вместе с ним растет и статья расходов на отдел, который этим занимается. Разберем ее по цифрам: сколько стоит звонок должнику, где компания теряет деньги.
Отдел продаж не выполнил план. Дальше руководитель выбирает один из двух путей. Первый — собрать всех на общее собрание и потребовать объяснений. Второй — поднять записи звонков и посчитать, где именно теряются деньги. Первый путь стоит дороже: он не меняет цифры в отчете, зато повышает текучесть и добавляет расходы на новый найм.
Длина цикла сделки редко попадает в управленческую отчетность. В P&L видно выручку, ФОТ и расходы на связь, но не видно, что сделка со средним чеком 400 000 ₽ полтора месяца лежала в статусе «отправлено предложение» и все это время тянула зарплату менеджера, аренду его рабочего места и страховые взносы.
По расчетам рекрутинговых агентств, замена одного менеджера обходится компании в 50–150% его годового оклада с учетом поиска, адаптации и просадки воронки. На позиции руководителя отдела продаж эта цифра кратно выше. Именно здесь ассессмент из HR-инструмента превращается в инструмент финансового контроля.
Пропущенный звонок не попадает ни в одну строку отчета о прибылях и убытках. Его не видно в расходах на связь, он не отражается в фонде оплаты труда отдельной суммой. При этом компания платит за него дважды: сначала рекламным бюджетом, который привел клиента, потом зарплатой менеджера, который до этого клиента не дозвонился.
Голосовое меню в большинстве компаний настраивают один раз при подключении АТС. Отчеты по операторам руководство видит каждую неделю. Сколько клиентов не дошло и сколько попали не в тот отдел, обычно не считает никто. При этом IVR стоит первым в воронке входящих обращений, и каждый процент потерь на этом шаге умножается на стоимость всего, что идет после.
Соглашение о неразглашении подписывают почти все компании. Взыскать по нему деньги удается единицам. Разница проходит по одной линии: ввела ли компания режим коммерческой тайны и настроила ли права доступа в системах, где работает отдел продаж. Без этих двух шагов NDA остается расходом на юриста с нулевой отдачей.
Текучесть в колл-центрах — одна из самых высоких среди офисных профессий. Это статья расходов, а не абстрактная проблема HR. Каждый уволившийся оператор — это стоимость найма, недели адаптации новичка на пониженной эффективности и провал в конверсии на время замены. Разберем, во сколько это обходится бизнесу и как система мотивации меняет расчет.
Конфликт между маркетингом и продажами редко попадает в финансовую отчетность, а зря. Отдел маркетинга отчитывается числом лидов и стоимостью привлечения (CPL), отдел продаж — суммой закрытых сделок и конверсией. Пока стороны спорят, чьи цифры важнее, компания платит дважды: за рекламный бюджет и за рабочие часы менеджеров, потраченные впустую.
Менеджер с окладом 80 000 ₽ тратит 1,5 часа рабочего дня на то, что CRM должна делать автоматически: вручную ставит задачи, вспоминает, где остановилась сделка, и ждет напоминания от РОПа. При восьмичасовом дне это 19% времени — около 15 000 ₽ в месяц, которые компания платит сотруднику за административный хаос, а не за продажи.
Расходы на отдел продаж считают по зарплатам, страховым взносам и связи. Репутация компании в поисковой выдаче в этот расчет обычно не попадает, хотя она бьет сразу по двум статьям: по выручке с брендового трафика и по стоимости одного результативного звонка. Разберем обе на цифрах — свои значения подставите сами.
Стандартная адаптация нового оператора колл-центра — две-три недели: лекции о продукте, заучивание регламентов, экзамен, и только потом первый звонок клиенту. Все это время компания платит зарплату сотруднику, который еще не приносит выручки. Ниже — расчет этих потерь и модель, которая сокращает срок выхода на линию до 3 дней без потери качества звонков.
Один и тот же продукт можно продавать компаниям, частным лицам и государству. Со стороны кажется, что различие сводится к скриптам и рекламным каналам. На практике сегмент определяет структуру расходов: длину цикла сделки, себестоимость привлечения клиента, состав штата и главные кадровые риски.
Компании, которые внедряют голосовых роботов, обычно тщательно считают экономику проекта: стоимость минуты, цену лицензии, нагрузку на линии. А потом выбирают голос робота по принципу «этот вроде приятнее». Между тем голос — переменная, которая двигает конверсию первичного прозвона на десятые доли процента и целые проценты.
HR-бюджет отдела продаж чаще всего утекает не через зарплаты, а через дверь. Компания месяцами ищет менеджера, обучает его, доводит до плана — а через полгода он пишет заявление, и цикл запускается заново. Причина в большинстве случаев не в деньгах: люди уходят из-за атмосферы.
Расходы на обучение менеджеров редко попадают в бюджет отдельной строкой. Подбор проходит по статье HR, оклад и взносы — по ФОТ, часы руководителя никто не учитывает. Сумма собирается из трех разных карманов, поэтому реальная цена выхода одного новичка на план остается невидимой до того, когда сотрудник увольняется на четвертом месяце.
Менеджер отработал четыре месяца, показывал средние результаты, ни с кем не конфликтовал — и написал заявление. На выходном интервью формулировка обтекаемая: «не мое, выгорел». HR фиксирует еще одну единицу текучести, руководитель отдела разводит руками, а через полгода история повторяется с другим человеком на той же позиции.