Конституционный суд

Налогоплательщик вправе требовать использования для расчета налога на имущество сведений о кадастровой или рыночной стоимости, если в субъекте РФ ставки исчисляются еще по инвентаризационной стоимости. Такой вердикт вынес Конституционный суд. Постановление было оглашено сегодня, но пока не опубликовано на сайте КС.

В суд обратилась собственник дома на окраине Барнаула, мать троих малолетних детей. За 2016 год ей начисли налог на имущество исходя из инвентаризационной стоимости в размере 47, 6 тыс. руб. При этом если бы налог считался от кадастровой стоимости, то он составил бы всего 2 тыс. рублей. Добиться пересчета налога не удалось. Суды не нашли для этого оснований, поскольку в Алтайском крае не принято решение об определении налоговой базы на основе кадастровой стоимости объектов недвижимости.

Заявительница посчитала, что при равных обязанностях налоговая нагрузка на равноценное имущество не может многократно различаться лишь в зависимости от региона нахождения имущества. В связи с этим она просила признать статью 402 Налогового кодекса РФ не соответствующей Конституции РФ.

КС напомнил, что налогообложение должно быть основано на конституционном принципе равенства и экономической обоснованности. Целью внесенных в 2014 году в НК РФ изменений, регламентирующих уплату налога на имущество физических лиц, было приближение оценки недвижимости к рыночной стоимости и обеспечение более справедливого распределения налогового бремени

Законодатель правомерно установил переходный период до 2020 года для адаптации граждан к вносимым изменениям. Кроме того процедура кадастровой оценки сложная и затратная, поэтому властям регионов нужно время для её проведения.

Однако налог, рассчитанный по инвентаризационной стоимости недвижимости, не может быть существенно (в том числе, многократно) больше, чем рассчитанный по его кадастровой стоимости. Иначе налогоплательщики могут оказаться в неравном положении с собственниками аналогичного имущества в других регионах страны, где используется кадастровая стоимость.

Законодательство РФ не исключает определения кадастровой стоимости конкретного объекта недвижимости до завершения в субъекте РФ общей кадастровой оценки. Поэтому, чтобы избежать несправедливого налогообложения имущества граждан, для расчета налога может применяться уже установленная в субъекте РФ для этой недвижимости кадастровая стоимость, даже если она официально еще не используется в регионе для целей налогообложения. Если кадастровая стоимость объекта еще не определена, то по решению суда либо налогового органа для расчета налога возможно применение рыночной стоимости недвижимости, указал КС.

Суд  постановил, что положения Налогового кодекса РФ должны применяться с учетом такого истолкования. То есть, налогоплательщик вправе требовать от налогового органа использования для расчета налога на имущество сведений о кадастровой или рыночной стоимости имущества и соответствующего размера налоговой ставки. Саму статью 402 НК РФ оставили без изменения.

Дело заявительницы должно быть пересмотрено в соответствии с постановлением Конституционного суда. Однако окажется ли она в выигрыше еще неизвестно. Поскольку пока кадастровой оценки её дома не проводилось, о чем сообщалось на открытом заседании по этому делу 17 января. Заявительница владеет домом в 282 кв.м. на берегу Оки, а рыночная цена таких домов составляет от 6 до 15 млн. рублей.

Недвижимость, которая изымается для расширения инфраструктуры в Новой Москве, должна оцениваться по рыночной стоимости, актуальной на момент принудительного отчуждения. Такое постановление принял Конституционный суд РФ 11 февраля 2019 года.

Часть 5 ст. 13 закона о присоединении к Москве новых территорий (принят при создании новой Москвы) признана Конституционным судом не соответствующей Основному закону в той мере, в которой не позволяет учитывать рыночную стоимость изымаемой для госнужд недвижимости. Суд обязал законодателя внести необходимые поправки, до этого судам при определении компенсации следует исходить из рыночной цены. Она должна индексироваться с учетом динамики стоимости аналогичных объектов или оценки специалистов, а не ориентироваться, как сейчас, на дату, предшествующую принятию решения по планировке территории.

Поводом для проверки закона стали жалобы двух москвичей, пишут «Ведомости». У одного в 2017 г. судебным решением в пользу департамента городского имущества Москвы было изъято 10 машино-мест и один гаражный бокс под строительство Северной рокады. Их оценили примерно в 5 млн руб. по состоянию на 2013 г. Бывший владелец настаивал на возмещении в 8 млн руб., исходя из рыночной стоимости недвижимости по состоянию на 2016 г., но ему отказали. У второго москвича изъяли собственность для строительства Северо-Восточной хорды.

Невозможность оспорить в суде ранее проведенную оценку объекта недвижимости была особенностью столичного закона, которая вызывала наиболее сильное раздражение, отмечают юристы. По их мнению, позиция Конституционного суда может быть распространена на другие похожие ситуации – например, связанные с реновацией.

Арбитражный суд Свердловской области взыскал с пенсионерки Галины Ахмадеевой 5,7 млн руб. в счет возмещения ущерба из-за «ненадлежащего ведения» бухучета.Об этой истории рассказали «Ведомости».

Решение принято по иску конкурсного управляющего ООО «Темп», которое находится в стадии банкротства. По мнению суда, неправомерные и умышленные действия бывшего директора предприятия Михаила Колпакова и бывшего главного бухгалтера Ахмадеевой в виде умышленного занижения налоговой базы по налогу на прибыль привели к доначислению организации налога и штрафам.

В декабре 2017 г. Ахмадеева фактически выиграла в Конституционном суде дело о взыскании с нее налоговой недоимки организации. Пенсионерка подрабатывала оформлением отчетности и в 2012 г. неверно определила, какой режим налогообложения должно было применять ООО «Темп». Предприятие занималось автоперевозками, и власти регулярно задерживали выплаты ему компенсаций за льготников. Это и привело к превышению лимита, установленного для пользования упрощенной системой налогообложения. В 2015 г. Ахмадеева оказалась фигурантом уголовного дела об уклонении от уплаты налогов. Дело закрыли, но через месяц межрайонная инспекция ФНС № 2 по Свердловской области обратилась в суд с гражданским иском о взыскании с пенсионерки ущерба, причиненного преступлением, и взыскала 2,78 млн руб.

Ахмадеева пожаловалась в Конституционный суд на попытку двойного налогообложения, ведь недоимку пытались взыскать и с нее, и с предприятия. Конституционный суд согласился с заявительницей только частично. Физлица не освобождаются от обязанности возместить причиненный ими ущерб, однако с них нельзя взыскивать штрафы, наложенные на организацию, объяснил он. Кроме того, исключено взыскание причиненного недоимками вреда с лиц, обвиняемых в совершении налогового преступления до прекращения деятельности организации-налогоплательщика, указал суд.

В апреле 2018 г. красноуфимский суд исполнил решение Конституционного суда и отклонил требования налоговиков о взыскании с пенсионерки вреда. Но теперь арбитражный суд области решил, что она возместить должна организации-банкроту, так как ее положение существенно ухудшено действиями Ахмадеевой.

АдвокатДмитрий Шубин, представляющий интересы Ахмадеевой, говорит, что его клиентка не согласна с этим решением и обязательно его обжалует. Он отмечает, что в данном случае суд применил не нормы Налогового кодекса, ставшие предметом проверки Конституционным судом, а положения закона о банкротстве. Однако при этом суд не стал, как положено, устанавливать обстоятельства, а просто сослался на ранее вынесенное им решение, подтвердившее правильность начисленной недоимки. Кроме того, Конституционный суд прямо запретил взыскивать с физлиц штрафы, наложенные на организацию, напоминает адвокат.

Арбитражный суд Свердловской области расширительно толкует статью Гражданского кодекса, которая предусматривает ответственность руководителя организации и до сих пор применялась только в отношении гендиректора, считает эксперт. И непонятно почему к убытку организации суд отнес сумму недоимки, хотя организация с этими деньгами не расставалась. 

Ограничение конституционных прав граждан не может быть основано на чьих-то фобиях, считает судья Конституционного суда Константин Арановский. Он выступил с особым мнением по делу об ограничении участия иностранцев в российских СМИ, мнение опубликовано на сайте суда. С публикацией ознакомилась газета «Ведомости».

В январе Конституционный суд признал не соответствующими Основному закону положения закона о средствах массовой информации, не позволяющие точно установить круг субъектов корпоративных правоотношений, на которых распространяется ограничение доли иностранного капитала в российских СМИ на уровне 20%. Само по себе ограничение не противоречит Конституции, решил суд.

Однако Арановский не согласен с коллегами: решения, которые приводят к изъятиям в правах, мало обосновать лишь опасениями, настаивает он. По его мнению, во время процесса законодатель так и не смог представить доказательств существования реальной угрозы конституционным ценностям со стороны иностранных владельцев СМИ. Госдума просто не ответила ничего на просьбу сообщить общеизвестные факты или неочевидные обстоятельства, которые бы доказывали реальное существование угроз конституционным ценностям.

Совет Федерации представил справку, из которой следовало: за три года с момента вступления в силу спорной нормы с российского медийного рынка в тысячах случаев ушли или сократили участие в капиталах и редакциях СМИ финские, голландские, немецкие, британские и другие участники.

«Информация эта доказывает лишь то, что доступ к медийной свободе реально был ограничен», — констатирует судья. Однако законодательные решения, которые приводят к изъятиям в правах, мало обосновать лишь опасениями. «Эти эмоциональные состояния можно уважать, с тем, однако, что никто не обязан в них участвовать и тем более получать на их основании ограничения в правах», — подчеркивает Арановский.

Особое мнение судьи — это документ, который имеет не столько юридический, сколько научно-публицистический характер, так как не создает юридических последствий,

Арановский не первый раз высказывает мнение, не совпадающее с решением Конституционного суда. В 2017 году он был не согласен с мнением коллег по делу ЮКОСа. Тогда КС решил, что России необязательно выплачивать экс-акционерам почти €1,9 млрд по решению ЕСПЧ.

На сайте Конституционного суда опубликовано постановление № 8-П от 4 февраля 2019 года. Суд решил, что статья 15.332 КоАП не соответствует Конституции РФ в той мере в какой она, позволяет привлекать к административной ответственности как должностных лиц ИП, при том, что они ранее привлекались к ответственности по закону № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования».

В суд обратилась предпринимательница из города Черкесска. Её дважды оштрафовали за одно и тоже нарушение - она сдала позже установленного срока СЗВ-М. Один штраф был назначен по закону 27-ФЗ как страхователю, а второй по статье 15.332 КоАП как должностному лицу. ИП пыталась оспорить административный штраф в суде, поскольку за одно и тоже нарушение нельзя оштрафовать дважды, однако это не удалось. Судьи посчитали, что административное наказание назначено ИП как должностному лицу, ответственному за свое предприятие и наемных работников.

Конституционный суд с мнением ИП согласился. И признал, что текст статьи 15.332 КоАП возможно истолковать так, что для целей привлечения к публичной ответственности «страхователь» (понятие, используемое для целей закона 27-ФЗ) и «должностное лицо»(термин, применяемый для целей КоАП) фактически совпадают в одном лице (субъекте правонарушения). Однако такого быть не должно. Как должностное лицо штрафовать должны только представителей юридических лиц.

Пи этом суд обратил внимание на то, что в главе 15 КоАП есть примечания, не позволяющие привлекать ИП дважды к ответственности, они касаются статьей 15.4–15.9 и 15.11. Глава 16 Налогового кодекса содержит ряд схожих составов с этими статьями КоАП.

Кроме того, КС указал на то, что двойная ответственность противоречит статье 50 Конституции РФ и ставит ИП в неравное положение по сравнению с другими страхователями. Федеральный законодатель должен внести изменения в КоАП, чтобы устранить нарушение прав индивидуальных предпринимателей.

Дело ИП, обратившейся с заявлением, должно быть пересмотрено с учетом принятого постановления Конституционного суда

Конституционный суд признал не соответствующим Конституции взимание алиментов с компенсации за использование личного имущества работника. Постановление № 7-П от 1 февраля 2019 года опубликовано на сайте суда.

В суд обратился работник технического сервиса, ему выплачивали компенсацию за использование личного автотранспорта. Организация при выплате этой компенсации удерживала алименты в пользу несовершеннолетних детей заявителя. Гражданин пытался оспорить такие удержания в суде, но безрезультатно.

Конституционный суд по итогам рассмотрения его жалобы решил: такие компенсационные выплаты нельзя считать доходом, из которого можно взыскать алименты, поскольку получатель реального дохода не имеет.

Деньги, полученные работником для возмещения понесенных им расходов, используются на поддержание личного имущества работника в состоянии, которое обеспечивает возможность его эффективного использования, указал суд.

«Данные выплаты не зависят от количества и качества труда, не несут работнику экономической выгоды вне зависимости от характеристик используемого имущества, и их расходование работником по своему усмотрению не предполагается», — указано в постановлении КС.

Исходя из этого КС признал неконституционным пункт утвержденного правительством «Перечня видов заработной платы и иного дохода, из которых производится удержание алиментов на несовершеннолетних детей». Правительству надлежит внести в перечень необходимые изменения, а дело заявителя подлежит пересмотру.

Конституционный суд запретил ограничивать право работника на компенсацию за неиспользованные отпуска при увольнении. Постановление №38-П от 25 октября 2018 года опубликовано и вступило в силу с даты публикации

Проводом для дела послужила жалоба четырех граждан на неконституционность части первой статьи 127 и части первой статьи 392 Трудового кодекса. Всем им не выплатили полностью компенсации за неиспользованные отпуска за много лет работы.  Защитить свои права в суде бывшие работники не смогли, поскольку судьи решили, что по требованиям о взыскании такой компенсации срок обращения в суд составляет 21 месяц с момента окончания того года, за который работнику должен был быть предоставлен отпуск.

Предельный срок предоставления неиспользованного отпуска, предусмотренный статьей 9 Конвенцией Международной организации труда № 132 «Об оплачиваемых отпусках» - 18 месяцев. Еще три месяца – срок для обращения за судебной защитой, установленный ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса. А это значит, что истцы могли обратиться в суд в течение трех месяцев со дня истечения 18-месячного периода, в течение которого у них было право на предоставление неиспользованного отпуска.

Доводы истцов, полагавших, что положения Конвенции МОТ № 132 в данном случае не подлежат применению, поскольку нормами национального права, а именно статьей 127 Трудового кодекса РФ, установлен более высокий уровень гарантий в части реализации работником права на отпуск при увольнении, судами признавались необоснованными.

Конституционный суд не стал признавать указанные статьи Трудового кодекса неконституционными, однако указал на то, что норма конвенции, которая устанавливает 18-месячный срок, в течение которого работнику во всяком случае должна быть предоставлена оставшаяся часть не использованного своевременно отпуска, по своему характеру является гарантийной нормой. Она предназначена для обеспечения права на отпуск путем его использования лишь для тех работников, которые продолжают трудиться, и «по своему буквальному смыслу не рассчитана на применение к увольняющимся или уже уволенным работникам». Истечение 18-месячного срока не может влечь за собой прекращение права уволенных работников на соответствующую часть отпуска и невозможность получения денежной компенсации взамен неиспользованных дней отпуска.

«...положения конвенции не затрагивают право работника на получение денежной компенсации за все неиспользованные отпуска при увольнении и не ограничивают срок, в течение которого работник может обратиться в суд с требованием о ее взыскании», – указано в постановлении Конституционного суда.

При этом КС обратил внимание на то, что в случае судебных разбирательств судьи должны исследовать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, включая причины, по которым работник своевременно не воспользовался своим правом на ежегодный оплачиваемый отпуск. Компенсация - это не замена отпуска и не способ накопления, указал КС. Поэтому необходимо выявить наличие либо отсутствие нарушения права на отпуск со стороны работодателя, специфику правового статуса работника, его место и роль в механизме управления трудом у конкретного работодателя, возможность как злоупотребления влиянием на документальное оформление решений о предоставлении работнику ежегодного оплачиваемого отпуска, так и фактического использования отпусков, формально ему не предоставленных в установленном порядке, и т.д.

Таким образом, споры о том, за сколько лет можно выплатить компенсацию за неотгуленный отпуск при увольнении, можно считать законченными. Но на всякий случай напоминаем, что срок обращения в суд при трудовых спорах очень короткий - три месяца с даты расторжения трудового договора.

Глава Конституционного суда Валерий Зорькин предложил реформировать политическую и правовую системы и внести изменения в Конституцию. Своё мнение по этому вопросу он изложил в статье «Буква и дух Конституции» в «Российской газете».

Основный идеи Зорькина кратко изложили в РБК.

  • Нужны «точечные изменения» (радикальная реформа опасна) Конституции для исправления ее недостатков.
  • Недостатки — отсутствие баланса в системе сдержек и противовесов, крен в пользу исполнительной ветви власти, недостаточная четкость в распределении полномочий между президентом и правительством, в определении статуса администрации президента и полномочий прокуратуры, в разграничении предметов ведения и полномочий между Федерацией и ее субъектами.
  • Главный источник «напряженностей» в России — нерешенность социально-экономических проблем, разрыв между богатыми и бедными, социальная несправедливость.
  • Население устало от экономических реформ. Несправедливая приватизация привела к нынешним социальным проблемам, массовой бедности.
  • Нужна правовая система, основанная на идеях русской философии XIX — нач. XX века. — добавление идей солидаризма, соборности, ответственности каждого не только за себя, но и за других к доминирующему в мире «либерально-индивидуалистическому подходу к правопониманию». «Нужна правовая теория, синтезирующая в рамках понятия права идеи индивидуальной свободы и социальной солидарности. Такой подход к правопониманию в наибольшей степени соответствует ментальности российского народа, его правовому и нравственному сознанию».
  • «Конкуренция в парадигме «правящее большинство — парламентская оппозиция» предотвращает политическую систему от застоя и загнивания».
  • Россия еще не выработала стратегию развития, отвечающую ожиданиям российского общества и его представлениям о справедливости и новому месту России в мире.
  • «Доктрина конституционной идентичности» выделит принципы, которыми государство поступаться не может, в том числе по требованию наднациональных органов, например ЕСПЧ.
Конституция была принята в декабре 1993 года. Изменения в нее вносились несколько раз. Так,​ с 31 декабря 2008 года вступили в силу поправки, увеличивающие срок полномочий президента и Госдумы, а также обязывающие правительство ежегодно отчитываться перед парламентом. В феврале 2014 года из Конституции было исключено упоминание Высшего арбитражного суда, а также расширены полномочия президента по назначению прокуроров, внесены изменения о назначении президентом дополн

993 НДФЛ

Сегодня вышло Постановление Конституционного суда № 22-П/2018 по делу о проверке конституционности положений статьи 217 НК в связи с запросом Новочеркасского гарнизонного военного суда.

Речь идет об освобождении от НДФЛ пособий и компенсаций.

Поводом послужило обращение военнослужащего, с которого удержали НДФЛ при выплате ему денежной компенсации в размере денежного содержания за каждые положенные дополнительные сутки отдыха.

В действующем законодательстве сохраняется неопределенность в части обложения такой компенсации НДФЛ. В ст. 217 НК следует внести изменения.

Впредь до внесения в статью 217 НК надлежащих изменений ее положения не могут служить основанием для обложения НДФЛ денежной компенсации в размере денежного содержания, выплачиваемой военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, по их просьбе за каждые положенные дополнительные сутки отдыха в соответствии с пунктом 3 статьи 11 Федерального закона «О статусе военнослужащих».

КС постановил признать положения пунктов 1 и 3 статьи 217 НК не соответствующими Конституции РФ, в той мере, в какой они в системе действующего правового регулирования не позволяют однозначно решить вопрос об обложении НДФЛ вышеназванной компенсации.