Алексей Володеев: искусственный интеллект вместо кладбищ

Борис: Всем привет! К нам в «Тот еще разговор» пришел сегодня Алексей Володеев, фаундер и CEO проекта Phonix.pro. Алексей, расскажи, чем ты занимаешься?

Алексей: Мы делаем систему для отделов продаж девелоперов, она анализирует разговор, определяет кто говорит, выводит саммари, загружает данные в CRM, раскладывает их по метатегам и формирует портрет звонящего.

Это решает несколько задач. Во‑первых, менеджеры часто ничего не записывают во время разговора, а потом заполняют CRM — и 53 % данных в CRM оказываются неправдивыми.

Во‑вторых, система выравнивает взаимодействие отдела маркетинга с отделом продаж: устраняет конфликты по поводу лидов, платежеспособности клиентов и наличия запроса. Мы, по сути, система, которая обеляет весь рынок и фактически делает для них поле игры одинаковое.

Борис: Я услышал искусственный интеллект.

Алексей: Мы используем искусственный интеллект для решения фундаментальных задач — от транскрибации до заполнения CRM и подсвета висячих сделок.

Два года назад мы поняли: рынок пойдет в сторону обработки массы необработанных заявок. Начали работать в этом направлении, провели эксперименты с ИИ‑агентами, которые могли бы заменить человека. Но после сотни встреч стало ясно, что рынок не готов.

Были две проблемы. Во‑первых, бизнес‑заказчики боялись — сложно было получить социальное одобрение на использование ИИ. Во‑вторых, возникали сложности с генерацией русского голоса, пока не удается добиться естественного звучания, как в живом разговоре.

Борис: Расшифровка речи, да?

Алексей: Не расшифровка, а синтез речи — создание голоса. Проблема в том, что не получается сделать чистый голос, слышно, что говорит робот, и это напрягает человека. Выяснили, что если добавить картавость, роботизация почти не слышна. Но при большом объеме это не решение. Наша гипотеза была в том, чтобы отправлять прям открытки с записью голоса ИИ.

Борис: Работаете только с девелоперами?

Алексей: Мы работаем для Development, потом распространимся на другие ниши. Сейчас опираемся на знание рынка и окупаемость: любое решение должно приносить доход — будь оно за 100 тысяч рублей или за 1000 рублей.

Борис: Вы выгружаете звонки из отдела продаж и загружаете их в вашу систему?

Алексей: Мы интегрируемся с телефонией или CRM и сразу показываем, какие звонки были о недвижимости и какие достигли цели — назначения следующего шага или встречи.

Борис: А в какие системы интегрируетесь?

Алексей: Мы интегрируемся с четырьмя CRM: AMO, Bitrix, макро‑СRМ и Домопланер. Легко подключаемся к любым системам с API — и забираем данные, и отдаем. На выходе — разложенный текст: где говорил оператор, где менеджер. Сразу дается саммари в двух‑трех предложениях — о чем речь. Собираются метатеги и метаданные, которые заполняются в CRM.

Борис: Ух ты, прикольно.

Алексей: Мы агрегируем собранные данные и на их основе выстраиваем портрет звонящего: кто это, когда планирует купить и прийти на встречу, что его останавливает, какие у него возражения. Также видим, где менеджер отклонился от скрипта и где основной провал.

РОП или старший менеджер видит назначенные встречи и статистику. Менеджер тоже видит через тестовый кабинет.

Борис:  Какую боль вы здесь решаете?

Алексей: Мы экономим менеджеру три часа в день: он не тратит время на заполнение CRM после звонка или встречи. Плюс — дает чистые данные и сразу подсвечивает точки роста.

Для РОПа — готовая отчетность: портрет целевой аудитории, ошибки по чек‑листу, отклонения от скриптов, провалы, возражения. Все отображается в наших дашбордах.

Борис: Хочу прям флоу пройти. Менеджер видит заполненную, как карточку разговора. Дальше это синхронизируется с вашей системой, где есть какие-то дашборды для руководителя этого менеджера, правильно? 

Алексей: Мы подсвечиваем, где менеджер ошибается: не здоровается, не приглашает на встречу.

Борис: Это какое-то приложение, веб-сайт?

Алексей: Это веб-платформа в облаке.

Юрий: В чьем облаке? 

Алексей: Нам не платили за рекламу.  Коллеги, свяжитесь, мы готовы рассмотреть. В российском.

Борис: А мы знаем два — Сloud.ru и Яндекс.

Борис: Ладно. Две боли обозначили, еще что-то есть? 

Алексей: Для отдела маркетинга мы решаем проблему конфликта по лидам: видим весь разговор и автоматически применяем чек‑лист — целевой клиент или нет. Можно прийти к подрядчику по рекламе и сказать: «Вы заявляете 100 целевых лидов, а на деле — 50. Вот ваши 50 звонков».

Кроме того, можно увидеть реальный трафик — не по метрикам, а по разговорам. Гипотеза: трафик сейчас не отрабатывают с учетом того, откуда пришел клиент — с контентной страницы или из рекламы. А путь клиента разный: кто‑то изучил ЖК, кто‑то попал через таргет. При этом скрипт один нужен автоподстраиваемый.

Хочу прийти ко всем предложить заменить переписки в WhatsApp¹ на AI‑агента. Он будет здороваться, будет вежливым, знать все о проекте — мы его обучим. Но клиенты немного сопротивляются такому подходу.

Борис: Кто твои клиенты? 

Алексей: Застройщики. Мы все-таки SaaS.

Юрий: Основной вопрос есть. Денег-то сколько в этом продукте? Ты сейчас на каком этапе находишься?

Алексей: Мы сейчас очень неплохо растем. Из топ-10 застройщиков в коммуникации, в пилотах, в стартах работы с пятью застройщиками. Около 20 застройщиков постоянно на подписке. Запустили новую версию — приходят новые заказчики. 

Юрий: Из топ-10 застройщиков пять в какой-то стадии, и всего 20 застройщиков? То есть, у тебя бизнес, у которого 20 клиентов?

Алексей: Смотрите, мы стартанули в марте 2025-го. Большая платформа. Если говорить по всем метрикам, это очень хороший показатель для ранней стадии.

Борис: А что значит хороший показатель, по чьей оценке? То есть, правильно я слышу цифры — 20 клиентов? А это какой оборот?

Алексей: Это несколько миллионов в месяц по подписке.

Борис: А какой средний чек у тебя?

Алексей: Начинается от 75 000. А есть клиенты, кто 1.5-2 миллиона сжигает количеством звонков. 

Борис: А можешь назвать клиентов каких-нибудь? 

Алексей: Например, один из застройщиков Липецка «Ремстройсервис», Екатеринбургский застройщик «Философия идеалистов». Ну набирается большое количество из разных регионов.

Борис: А что за команда у вас, как находите клиентов?

Алексей: Команда разделена на три основных блока. Есть я, который занимается развитием стратегии, куда идем. Запуск продуктов и вывод их на go-to-market — самая сильная моя экспертиза.

Операционный блок — это чтобы все работало и не было нарушений закона, особенно сейчас актуально. У нас отвечает Антон Нестеров. Человек руководил аппаратом губернатора Краснодарского края. У Антона главное достижение, что его не посадили. Он хорошо умеет работать с документами, отчитываться. 

Есть Никита и Глеб, которые отвечают за разработку. Как мы с ними познакомились. Мы с товарищем сидели на Патриках и мимо проходят ребята с огромным чеком картонным — лидеры цифровой трансформации на миллион рублей.

Я иду с ними разговаривать, рассказывают, что они хотят делать, куда смотрят, что их хантят со Сбера. Ну и мы начали с ними работать.

Я сначала поверил в них, когда добежали до первых версий продукта, я понял, что продукт летит, и начал верить в продукт. Для меня это изначально была некая инвестиция в молодых ребят с классным продуктом. 

Борис: Они программисты?

Алексей: Они победители большого количества хакатонов. Один из них выиграл всероссийскую Олимпиаду по искусственному интеллекту. 

Юрий: А сколько владельцев компании? 

Алексей: Четыре – я, ребят двое и есть еще один бизнес-ангел.

Юрий: А сейчас вы на каком этапе находитесь, самоокупаемость?

Алексей: Мы тратим деньги, но у нас есть запас и выручка. Сейчас идут переговоры с инвестором, который нам нравится. Если деньги закончатся, просто замедлим рост — ничего критичного. Тратим больше, чем зарабатываем, — это плановая стратегия.

Мы неплохо двигаемся, у нас очень большое количество договоров на подписание еще. Есть цель – 25% рынка связанного с недвижимостью.

Борис: Хочу вернуться к команде, сколько человек заняты в проекте и сколько продавцов?

Алексей: В команде 12 человек: 6 — разработка, Татьяна — финансы. Продавцов, кроме меня, нет. До конца года должны прийти в No-code. No‑code позволяет собственнику или специалисту по настройке CRM быстро собирать решение под свои бизнес‑задачи и данные.

Борис: Это ты про интеграцию говоришь, правильно?

Алексей: Ты можешь из данных звонков создать любой дашборд. Например, система проанализирует все звонки и выделит упоминания об акции в 5 %. Или ты задаешь: «Проанализировать все звонки за 2024 год и выявить тех, кто хотел купить через год» — и система выдает целевую аудиторию. Сейчас продукт настраиваем мы, поэтому его масштабирование ограничено.

Юрий: Цена вопроса — один человек, который будет настраивать.

Алексей: А тут не в настраивании дело. Мы можем либо сами кастомизировать продукт под клиентов, либо пойти по стратегии Bitrix и 1С: отдать настройку вендорам — тем, кто ведет CRM, настраивает интеграции и консультирует по продажам. У нас уже есть пул консультантов по продажам, они проводят тренинги для девелоперов.

Юрий: Хорошо, тогда вопрос снова про идеальную картинку софта, который ставится сам по себе. Зачем? Если ты хочешь, чтобы у тебя работали агенты, дай этим агентам возможность зарабатывать. Вот ты сказал сейчас про 1С. 1С на этом и живет. Есть универсальная платформа, а есть франчайзеры, которые настраивают эту платформу под нужды клиента, и на этом зарабатывают. И не надо самоустанавливающихся, это никому не нужно. Кроме того человека, который называет себя продактом и кайфует от того, что свой продукт делает идеальным.

Алексей: Да, болезнь продактов. Я попробую ответить на этот вопрос. 

Юрий: Как увеличится чек, если программа станет самораспакованной?

Алексей: Она не будет такой. Интеграции все равно нужны, но чем проще — тем лучше. Интеграторы хотят работать с легкими продуктами, а не писать и адаптировать сами.

У нас есть партнерство с крупными интеграторами: мы запускаем с ними клиентов и выясняем их потребности. Они сами говорят: «Нам нужна такая система — мы будем на ней зарабатывать», прописывая дашборды под клиента.

Борис: Я согласен с тем, куда двигается Алексей. Это новая реальность, когда Нуралиев и Рыжиков делали систему с Битриксом, No‑code еще не было.

Алексей: Я не против улучшений, но «улучшение» — часто гибель бизнеса. Бизнес — это когда нащупали боль на рынке и закрыли ее существующим решением. Можно собирать деньги — вот бизнес.

Цель — 25 % рынка. Бери и делай заплатки на 25 % рынка. Но кто‑то говорит: «Не хочу заплатки, хочу красиво». И тут ты уходишь в улучшения, теряешь время и лиды. Не надо красивее. Боль закрыта — и этого достаточно.

Юрий: А где видишь масштабирование? 

Алексей: Смотрите, что происходит на рынке. Мы выбрали спецификацию: наши дашборды на 90 % готовы для всех девелоперов. Кастомизации становится все меньше, многие запросы уже закрыты в продукте.

Конкуренты пошли на весь рынок с универсальными решениями, не заточенными под застройщиков. Мы протестировали продукт в автобизнесе — там тоже есть рынок. Например, клиент хочет Maybach, а ему настойчиво предлагают Cherry Tiggo Pro.

Есть и другие ниши — медицина, риелторские услуги, где цифровизация на низком уровне, сервисы заселения, сервисные звонки, например, о прорванной трубе. Все это — диалоги и переписки, которые можно анализировать. Наша задача: сначала выстроить позицию в недвижимости, а затем дать интеграторам инструменты для работы в других отраслях.

Борис: Юра, ответил на твой вопрос? Мне кажется, не очень.

Алексей: Только мы хотим вот этот кусок уже отдать партнерам пусть они заработают. Весь рынок ты один не съешь, легче поделиться и будешь быстрее бежать, это моя логика.

Юрий: В России сейчас 2200 застройщиков, тебе нужно получить из них 550, а у тебя 20. А 550 до какого периода? 

Алексей: За два года. Смотрите, развитие продукта не идет по прямой. Ну, то есть, это не производство.

Юрий: Мы сейчас не про продукт говорим. Мы сейчас про новых клиентов.  

Борис: А ты можешь поделиться каким-то успехом твоей платформы в каком-то застройщике? 

Алексей: Сейчас, я просто боюсь обмануться по количеству. Есть застройщик, наш клиент. Не помню, на каком месте они были по Новой Москве, но стали третьими по продажам. С нашей помощью они скаканули в топ-3. Наша система дала кумулятивный эффект. 

Борис: Откуда деньги? Ты говоришь, мы сейчас жгем.

Алексей: Какие неприятные вопросы у вас начались. Мы с партнером инвестируем деньги. У меня был запас денег.

Борис: А где ты их заработал? Можно про тебя поговорить? Откуда активы?

Алексей: На самом деле, у меня большой опыт предпринимательства. Я всегда что-то мутил. У меня было коммуникационное агентство. Это было интересно. У нас был офис в Москве, потом мы открывали офис в Беларуси, у нас был продакшн. Клиенты были уровня Fujifilm, Министерство природы. Мы неплохо развились с партнером, оттуда часть денег.

Борис: Как называлось агентство?

Алексей: Elvis SMM.

Борис: Я знаю, что ты работал в AvaGroup в Краснодаре. Как это случилось?

Алексей:Мы делали ERP‑систему для кладбищ — сервис «Помним PRO», чтобы оцифровать рынок ритуальных услуг в России.

Борис: А что стало с этим сервисом, вы же с ним во ФРИИ были?

Алексей: Идея казалась очень прикольной. Мы работали около государства. Подписали договор о сотрудничестве с ГБУ Ритуал, были на зеленой линии.

Борис: Расскажи для тех, кто не в теме, что за бизнес?

Алексей: Это система для оцифровки кладбища, делаем разметку и CRM, позволяем родственникам дистанционно заказывать и оплачивать услуги по уходу за могилой, получать фото до и после работ. Мы хотели перейти на датскую модель — с арендой и платой за уход за могилой.

Борис: Твое выступление во ФРИИ было очень классным.

Алексей: Спасибо, очень приятно. У одного инвестора случились большие проблемы и он эмигрировал из России. И в России вышло ряд постановлений, по которым мы не могли больше работать с государством. Все очень просто.

Борис: Так ответил на свой вызов. Можешь работать в холдингах?

Алексей: Могу в этой роли существовать. Но этот мир поглощает меня, я прям раскабанел под 100 килограмм. У меня такая ряха. Могу выполнять цели и расти внутри холдингов.

Борис: Как тебе Краснодар?

Алексей: Жарко. Очень вкусная еда. Но как будто чего-то не хватает. Очень много недокручено.

Борис: Деревня. Ты выбираешь слова просто.

Алексей: Просто потенциал больше, чем реализация. Можно было сделать прям конфетку. Парк Галицкого очень крутое место, но южный менталитет сталкивается .

Борис: Леша, кого бы ты порекомендовал к нам прийти?

Алексей: Маторкин Влад интересно может рассказать про Metaverse и про формирование рынка. Крутой парень, крутой продукт, крутое развитие. Из интересных людей — Джукич Влад, человек, который занимается недвижимостью и инвестицией в недвижимость и управление им. 

Борис: Спасибо тебе, что пришел.