Материалы налогового органа как повод для возбуждения уголовного дела

Иной подход установлен для налоговых преступлений, предусмотренных ст. 198, 199, 199.1, 199.2 УК: по ним уголовное дело может быть возбуждено только на основании материалов, направленных налоговым органом в соответствии с законодательством о налогах и сборах.

Главный спор последних лет был связан с тем, какие именно материалы налогового органа могут считаться таким поводом. Речь идет о двух разных механизмах: направлении материалов по п. 3 ст. 32 НК и информационном обмене по п. 3 ст. 82 НК.

Только если соответствующая сумма не уплачена в течение 75 дней, а размер недоимки позволяет предполагать признаки преступления, налоговый орган направляет материалы для принятия решения о возбуждении уголовного дела в правоохранительные органы.

Пункт 3 ст. 82 НК имеет другую правовую природу. Эта норма регулирует информационное взаимодействие между налоговыми, правоохранительными и иными органами. Она позволяет обмениваться сведениями о нарушениях налогового законодательства, налоговых преступлениях, проводимых проверках и принятых мерах. Но обмен информацией сам по себе не равен специальному процессуальному поводу к возбуждению уголовного дела.

Долгое время правоприменение фактически использовало эти нормы как взаимозаменяемые. Следствие возбуждало дела на основании материалов, переданных налоговым органом еще в ходе проверки, до вступления в силу решения о привлечении к налоговой ответственности и до истечения срока на добровольное исполнение. Суды нередко признавали такой порядок законным.

Показательно кассационное постановление Второго кассационного суда общей юрисдикции от 03.04.2025 по делу № 77-939/2025. Суд указал, что ч. 1.3 ст. 140 УПК не содержит исключительного способа направления материалов только по п. 3 ст. 32 НК. Дополнительно суд сослался на то, что налоговое законодательство не запрещает направлять материалы проверки в следственные органы раньше, а п. 3 ст. 82 НК после введения ч. 1.3 ст. 140 УПК не был исключен из Налогового кодекса.

Сходная логика встречалась и в практике Московского городского суда. В апелляционном постановлении от 10.10.2024 по делу № 10-21958/2024 суд фактически признал, что материалы выездной налоговой проверки могут использоваться для возбуждения уголовного дела до вступления в силу решения налогового органа и до истечения срока на исполнение. Отдельно было отмечено, что само возбуждение уголовного дела не лишает налогоплательщика возможности добровольно погасить недоимку, пени и штраф.

Такая аргументация основана на расширительном толковании ст. 82 НК и не учитывает системную связь уголовно-процессуального и налогового законодательства. Часть 1.3 ст. 140 УПК имеет бланкетный характер. Она не создает самостоятельного порядка направления материалов, а отсылает к законодательству о налогах и сборах.

Именно на такое понимание закона был ориентирован абз. 3 п. 5 постановления Пленума Верховного Суда от 15.11.2016 № 48. Его значение состояло не в создании нового условия для возбуждения налогово-уголовного дела, а в пресечении практики, при которой ч. 1.3 ст. 140 УПК читалась отдельно от Налогового кодекса. Верховный Суд фактически напомнил судам, что специальный повод возникает не при любом поступлении сведений из налогового органа, а при направлении материалов в том порядке, который налоговое законодательство предусматривает именно для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

Отсюда следует и предмет судебной проверки. Суд не может ограничиться констатацией того, что следствие получило информацию от налогового органа. Он должен выяснить, завершилась ли налоговая процедура: вступило ли в силу решение о привлечении к ответственности и сохранилась ли неисполненной обязанность по уплате начисленных сумм после истечения установленного законом срока.

Тем самым Высшая судебная инстанция подтвердила, что ч. 1.3 ст. 140 УПК не может применяться изолированно от специального порядка, предусмотренного п. 3 ст. 32 НК. Смысл разъяснения состоял не в появлении нового ограничения, а в устранении практики, при которой общий информационный обмен по ст. 82 НК подменял специальный повод для возбуждения уголовного дела.

В практике уже встречались решения, в которых суды разграничивали эти механизмы. Так, Липецкий областной суд в апелляционном постановлении от 05.05.2026 № 22к-460/2026 исходил из необходимости проверить, вступило ли решение налогового органа в законную силу и не исполнена ли обязанность по уплате недоимки, пеней и штрафов. Тамбовский областной суд в апелляционном постановлении от 03.03.2026 по делу № 22-212/2026 дополнительно сослался на позицию Генеральной прокуратуры, согласно которой поводом для возбуждения налогового уголовного дела служат исключительно материалы, направленные в порядке п. 3 ст. 32 НК.

На этом фоне особое значение имеет определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда от 26.05.2026 по делу № 5-УД26-43-К2. Верховный Суд отменил приговор Зюзинского районного суда г. Москвы и последующие судебные решения, указав, что суды не учли особенности возбуждения уголовного дела по ст. 199 УК. Коллегия подчеркнула бланкетный характер ч. 1.3 ст. 140 УПК и необходимость учитывать не только общую норму п. 3 ст. 82 НК, но и специальный порядок п. 3 ст. 32 НК.

Этот порядок предполагает направление материалов в следственные органы лишь после вступления в силу решения о привлечении к ответственности и после истечения установленного срока на исполнение.

Здесь имеет значение и позиция Конституционного Суда, выраженная в Определении от 20.03.2014 № 677-О. Высший орган конституционного контроля связывал возмещение ущерба по ст. 199 УК с уплатой недоимки в размере, установленном налоговым органом во вступившем в силу решении, а также соответствующих пеней и штрафов. Иными словами, ущерб бюджетной системе для целей применения положений об освобождении лица от уголовной ответственности определяется не расчетом следователя и не выводами экспертизы, а налоговым решением, прошедшим установленную законом процедуру.

Это напрямую связано со ст. 76.1 УК и ст. 28.1 УПК. Лицо, впервые совершившее налоговое преступление, подлежит освобождению от уголовной ответственности в случае полного возмещения ущерба, причиненного бюджету. Но если уголовное дело возбуждено до вступившего в силу решения налогового органа, возникает вопрос, какой именно ущерб должен быть возмещен.

Сумма, рассчитанная экспертом в уголовном деле, не заменяет налоговое решение, не проходит налоговую процедуру и не дает налогоплательщику гарантий, связанных с проверкой, возражениями, обжалованием и сроком на добровольное исполнение.

В результате раннее возбуждение дела по материалам, переданным в порядке ст. 82 НК, создает процессуальную ловушку. Формально возможность прекратить дело путем возмещения ущерба сохраняется. Фактически же размер этого ущерба еще не определен в том порядке, с которым Конституционный Суд связывает применение налоговых оснований освобождения от ответственности.

Развитие этой практики показывает не изменение закона, а постепенное устранение его ошибочного толкования. Специальный порядок существовал и до изменений в постановление Пленума Верховного Суда № 48. Часть 1.3 ст. 140 УПК уже тогда связывала возбуждение налогово-уголовного дела с материалами, направленными в соответствии с законодательством о налогах и сборах, а п. 3 ст. 32 НК устанавливал специальную процедуру такого направления.

Проблема состояла в том, что часть правоприменителей воспринимала п. 3 ст. 82 НК как самостоятельный повод для возбуждения уголовного дела. После разъяснений Пленума этот подход стал менее убедительным, поскольку судам было прямо указано проверять вступление в силу решения налогового органа и неисполнение обязанности по уплате соответствующих сумм.

Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 26.05.2026 это пространство существенно сузило.

Суд фактически указал, что информационный обмен сам по себе не образует достаточного повода для возбуждения уголовного дела, если не соблюдена специальная налоговая процедура направления материалов. С учетом курса на формирование единообразной и понятной судебной практики эта позиция должна быть воспринята нижестоящими судами как ориентир для всей категории налоговых составов.

Уголовное преследование допустимо не потому, что налоговый орган передал следствию сведения о проверке, а потому, что налоговый орган в установленном порядке сформировал материалы для решения вопроса о возбуждении уголовного дела, решение вступило в силу, срок на исполнение истек, а налогоплательщик не исполнил обязанность по уплате соответствующих сумм.