Арбитражный суд Западно-Сибирского округа отклонил в полном объеме заявление ООО «Сити-Сервис НК» о признании недействительным решения налогового органа о доначислении 7,3 млн рублей налога на прибыль, 6,6 млн рублей налога на добавленную стоимость (НДС), соответствующих пеней и 4,4 млн рублей штрафа.

Как указано в материалах дела, в 2018 году МИФНС № 4 по Кемеровской области провела в отношении ООО «Сити-Сервис НК» (Новокузнецк) выездную проверку уплаты налогов в 2014 – 2016 годах. По итогам проверки налоговики предложили компании уплатить 6,6 млн рублей НДС, 7,3 млн рублей налога на прибыль, соответствующие пени и штраф в 4,4 млн рублей.

Управления Федеральной налоговой службы по Кемеровской области, куда обратился с жалобой налогоплательщик, оставила решение инспекции без изменения. После чего ООО «Сити-Сервис НК» пошло в суд.

Позиция судов первой и апелляционной инстанций

Арбитражный суд Кемеровской области отменил доначисление ООО «Сити-Сервис НК» налога прибыль, соответствующих сумм пеней и штрафа. По мнению суда, МИФНС должна была в рамках ВНП определить действительный размер налоговых обязательств ООО «Сити-Сервис НК».

«Непринятие затрат не соответствует целям налогового контроля и не направлено на установление действительной налоговой обязанности налогоплательщика по налогообложению полученной прибыли», - следует из решения суда.

Седьмой арбитражный апелляционный суд с позицией суда первой инстанции согласился. Суды двух инстанций сослались на положения ст. 54.1, 252 НК РФ, ст. 9 закона «О бухгалтерском учете», а также на разъяснения Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, данные в постановлении от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды».

Позиция налогового органа в кассации

По мнению МИФНС, суды неправильно применили положения п. 2 ст. 54.1 и ст. 252 Налогового кодекса РФ и не применили п. 1 ст. 54.1 НК РФ.

Позиция кассационного суда

Основанием для доначислений стало создание налогоплательщиком фиктивного документооборота с субподрядчиком. Суды подтвердили, что фактически работы по капитальному и текущему ремонту выполнял сам налогоплательщик (подрядчик).

Однако, по мнению кассационного суда, признав формальность документооборота со спорным контрагентом, суды сделали несоответствующий установленным обстоятельствам вывод о правомерности принятых налогоплательщиком расходов по налогу на прибыль организаций.

По мнению Арбитражного суда Западно-Сибирского округа, ссылаясь на позицию Пленума Высшего Арбитражного Суда от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса РФ» по рассматриваемому вопросу, судами сделаны выводы, не соответствующие ими же установленным обстоятельствам.

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что работы (услуги) спорного контрагента реально осуществлены самим налогоплательщиком, а документально подтвержденные расходы были учтены налоговым органом в полном объеме, и лишь расходы по хозяйственным отношениям с ООО «Мирт» (спорным контрагентом-субподрядчиком), не нашедшие своего надлежащего подтверждения, были исключены при расчете налога на прибыль организаций.

«Из этого следует, что Инспекцией определен размер налоговых обязательств налогоплательщика с учетом реального характера сделки и ее действительного экономического смысла, и данные действия соответствуют нормам налогового законодательства», - подчеркнул кассационный суд.

Поэтому АС ЗСО постановил отменить решение АС Кемерововской области в части признания недействительным решения МИФНС о доначислении налога на прибыль, пеней и штрафа по нему.

Мнение эксперта

По мнению юриста ЮФ «Арбитраж.ру» Кирилла Снегирёва, в основе комментируемого кейса находится классическая схема с «бумажным НДС». Налоговым органом были представлены доказательства, что выполнение работ осуществлялось налогоплательщиком своими силами. При этом привлечение субподрядчика (проблемного контрагента) не согласовывалось с заказчиком, допуск на режимный объект сотрудникам и технике субподрядчика не предоставлялся. Свидетельскими показаниями работников налогоплательщика также подтверждается вышеуказанное.

В результате налоговый орган установил транзитный характер движения денег на расчётных счетах между налогоплательщиком и субподрядчиками, имеющими одинаковые юридические и IP адреса, в том числе проблемным контрагентом, посредством которого денежные средства налогоплательщика возвращались обратно на счета налогоплательщика, отметил Кирилл Снегирёв. Кроме того, налоговый орган установил наличие необходимых производственных и трудовых ресурсов у налогоплательщика для самостоятельного выполнения подрядных работ.

«В силу чего налоговый орган пришёл к верному выводу о создании схемы формального документооборота с проблемным контрагентом в целях извлечения необоснованной налоговой выгоды в виде применения налоговых вычетов по НДС», - пояснил юрист.

Однако МИФНС не определила действительный размер налоговых обязательств налогоплательщика при начислении последнему налога на прибыль и соответствующих сумм пени и штрафа, на что обратил внимание суд первой инстанции, поддержанный апелляцией.

«Доказательствами по делу подтверждается, что работы фактически были выполнены, следовательно, налогоплательщик понёс реальные расходы, которые он вправе был учесть при определении налогооблагаемой базы по налогу на прибыль. При этом суд указал, что налоговым органом не представлено доказательств выполнения всего объёма работ исключительно силами налогоплательщика. Сославшись на пункт 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 57 и Постановление Президиума ВАС РФ от 03.07.2012 № 2341/12 по делу № А71-13079/2010-А17, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно указали, что реальный размер предполагаемой налоговой выгоды и понесенных налогоплательщиком затрат при исчислении налога на прибыль подлежит определению исходя из рыночных цен, применяемых по аналогичных сделкам, посредством применения расчётного метода. Указанный подход соответствует идее налоговой реконструкции. При этом иной правовой подход влечет искажение реального размера налоговых обязательств по налогу на прибыль», - указал юрист.

К сожалению, отмечает Кирилл Снегирёв, суд кассационной инстанции не согласился с выводами нижестоящих судов, отменив их акты в части удовлетворения требований налогоплательщика, и принял новый судебный акт, в котором отказал налогоплательщику во всех заявленных требованиях.

«На основе чего можно сделать вывод, что налоговой реконструкции ещё предстоит пройти тернистый путь становления в свете применения статьи 54.1. НК РФ», - подытожил юрист ЮФ «Арбитраж.ру».

Дело № А27-11895/2019.

Кассационный суд подтвердил возможность налоговой реконструкции на основании ст. 54.1 НК.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа оставил в силе решения нижестоящих судов, подтвердивших возможность применения налоговой реконструкции в делах, возбужденных по ст. 54.1 Налогового кодекса РФ в связи с выявлением сомнительных контрагентов, для определения действительного размера расходов. Данное дело — еще один пример развития позитивной судебной практики (в частности дела А27-17275/2019 — ООО «Кузбассконсервмолоко») применения реконструкции налогового правоотношения и определения действительного размера соответствующих налоговых обязательств налогоплательщика в соответствии с положениями Постановления Пленума ВАС РФ №53.

Фабула дела

Как указано в материалах дела, МИФНС России № 2 по Кемеровской области провела выездную проверку уплаты ООО «Сибирская инжиниринговая торговая компания» (СИТК) в 2014-2016 годах. По итогам проверки налоговики доначислили компании НДС в сумме 3 млн рублей, налог на прибыль в размере 3,3 млн рублей, а также пени и штраф.

Поводом для доначислений послужил вывод МИФНС об оптимизации налогов с помощью с помощью включения СИТК в хозяйственные операции фиктивных контрагентов — ООО «Аурасервис», ООО «Мастеровик» и ООО «Кронос» — без подтверждения того, что эти контрагенты реально поставили запасные части.

Частично не согласившись с решением МИФНС, «Сибирская инжиниринговая торговая компания» оспорила его в вышестоящем налоговом управлении, а затем в суде. В суде СИТК оспаривала вывод МИФНС о занижении Обществом налоговой базы по налогу на прибыль в результате завышения расходов по хозоперациям со спорными контрагентами.

Описание схемы

СИТК выполняла как подрядчик работы по ремонту и изготовлению горно-шахтного оборудования для нескольких заказчиков. Как установили суды, налогоплательщик для изготовления и ремонта привлекал взаимозависимого субподрядчика — ООО «СНМС». А также «составлял документы» по приобретению товаров у трех названных выше сомнительных контрагентов с последующим обналичиванием денег.

МИФНС приняла расходы по взаимоотношениям налогоплательщика с ООО «СНМС». А расходы и налоговые вычеты по НДС с сомнительными контрагентами МИФНС сочла необоснованными в полном объеме в связи с:

  • отсутствием реальности данных хозяйственных операций,
  • отсутствием движения товара,
  • доказательствами умышленных действий налогоплательщика по формированию фиктивного документооборота.
При этом «Сибирская инжиниринговая торговая компания» признала обоснованность выводов инспекции об отсутствии реальных хозяйственных отношений по приобретению товаров у спорных контрагентов.

Позиция налогоплательщика

В Арбитражном суде Кемеровской области представители СИТК заявили довод о несопоставимости отраженных по субподрядчику ООО «СНМС» расходов с реальным размером заявленных налогоплательщиком расходов на выполнение подрядных работ. При этом налогоплательщик просил суд определить размер экономически обоснованных расходов на основании представленных ему ответов заводов с указанием стоимости аналогичных работ.

Позиция налоговой инспекции

МИФНС в кассационной жалобе настаивала на том, что нужно изменить мотивировочную часть судебных актов. По мнению инспекции, она доказала предусмотренные п. 1 ст. 54.1 НК РФ обстоятельства, а именно, отсутствие реальных сделок со спорными контрагентами по поставке запасных частей и их использовании в финансово-хозяйственной деятельности налогоплательщика. Налогоплательщик с этим согласился. А это безусловное доказательство необходимости применения положений п. 1, а не п. 2 статьи 54.1 НК РФ.

В МИФНС настаивали, что суд неосновательно изменил предмет доказывания, признав необходимость определения реального размера расходов налогоплательщика по взаимоотношениям с реальным взаимозависимым контрагентом — ООО «СНМС». Поэтому мотивировочная часть обжалуемых судебных актов подлежит изменению путем исключения из нее выводов судов в отношении заключения экспертов , как доказательства по делу, так как это заключение не имеет отношения к предмету спора.

Позиция кассационного суда

Суд отклонил представленные налогоплательщиком письма (ответы заводов), указав, что они «представляют собой, по сути, коммерческие предложения с несопоставимыми условиями выполнения работ и учета расходов». Также суд отклонил представленные налогоплательщиком отчеты о рыночной стоимости деталей, поскольку было установлено, что осуществлялась не закупка готовых деталей на рынке, а их изготовление взаимозависимым субподрядчиком.

А в целях правильного разрешения спора и необходимости выяснения вопроса о реальном размере расходов налогоплательщика, соответствующих учтенным им доходам, суд в итоге назначил судебную технико-экономическую экспертизу.

Было установлено, что размер определенных по результатам судебной экспертизы расходов не превышает размер расходов, уже учтенных налогоплательщиком по взаимоотношениям с ООО «СНМС». По мнению суда, в совокупности с другими доказательствами по делу результаты экспертизы подтверждают факт самостоятельного выполнения ООО «СНМС» всех работ по изготовлению и ремонту оборудования и полное отражение фактических затрат в легальном документообороте между СИТК и ООО «СНМС».

Также кассация признала необоснованным довод МИФНС о невозможности учета расходов, связанных с выполнением работ или приобретением продукции у ООО «СНМС» на основании п. 1 ст. 54.1 НК РФ, поскольку установлена нереальность хозяйственных операций с заявленными контрагентами.

Кассационный суд подчеркнул, что из толкования ст. 54.1 НК РФ следует, что при формальном документообороте с заявленным контрагентом, но при фактическом исполнении обязательства третьим лицом при несоблюдении условий п. 2 ст. 54.1 НК РФ, установлен запрет на получение необоснованной налоговой выгоды налогоплательщиком именно по недостоверным (формальным) документам. Однако это не освобождает налоговые органы от обязанности проверить, осуществлялись ли в действительности какие-либо хозяйственные операции под прикрытием формального документооборота, выявить их действительный экономический смысл и определить действительный размер соответствующих налоговых обязательств.

«Позиция Инспекции приводит к тому, что налогоплательщик, не представивший налоговому органу на проверку никаких документов по совершенным сделкам, будет вправе рассчитывать на применение расчетного метода, то есть будет поставлен в лучшее положение по сравнению с налогоплательщиком, представившим документы, не соответствующие в полном объеме требованиям ст. 54.1 НК РФ, что не отвечает принципам справедливости и правовой определенности», — говорится в Определении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа.

Мнение эксперта

По словам юриста ЮФ «Арбитраж.ру» Кирилла Снегирёва, данное дело является примером развития позитивной судебной практики (в частности дела А27-17275/2019 — ООО «Кузбассконсервмолоко») применения реконструкции налогового правоотношения и определения действительного размера соответствующих налоговых обязательств налогоплательщика в соответствии с положениями Постановления Пленума ВАС РФ №53 от 12.10.2006 года «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», в свете действия статьи 54.1 НК РФ.

«Оставляя без удовлетворения жалобы налогоплательщика и налогового органа, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа поддержал суд первой инстанции, отклонившего довод налогового органа, что введение в действие статьи 54.1 НК РФ является основанием для кардинального изменения судебной практики, в частности отказа от положений вышеуказанного Пленума № 53», — подчеркнул он.

Вопрос налоговой реконструкции подразумевает, в частности, право на учёт понесённых налогоплательщиком расходов при определении налогооблагаемой базы налога на прибыль организаций, указал Кирилл Снегирёв. В рассматриваемом деле налогоплательщик уточнил заявленные требования в суде первой инстанции, исключив из предмета требования часть расходов. Однако суд первой инстанции обратил внимание, что ранее, в досудебном порядке налогоплательщиком заявлялся довод о несопоставимости расходов, отраженных по субподрядчику, с реальным размером расходов на выполнение подрядных работ, при этом данный довод не был проверен налоговым органом. В силу указанного, суд по собственной инициативе включил в предмет доказывания по делу вопрос о реальном размере расходов налогоплательщика, соответствующих учтенным им доходам.

Изучив свидетельские показания в совокупности с другими доказательствами по делу, суд первой инстанции пришёл к выводу о создании фиктивного документооборота между контрагентами с целью завышения размера расходов по налогу на прибыль организаций, при этом для определения действительного размера затрат налогоплательщика по взаимоотношениям с субподрядчиком, оставшихся не учтёнными, суд первой инстанции назначил судебную технико-экономическую экспертизу по своей инициативе, что, по мнению Кирилла Снегирёва, является достаточно неординарным явлением для налоговых споров данной категории.

Ссылаясь на ст. 54.1 НК РФ, налоговый орган возражал против судебной экспертизы, полагая заключение судебной экспертизы неотносимым доказательством. Данные доводы налогового органа были отклонены судом. Как справедливо указал суд кассационной инстанции, вышеуказанная статья не освобождает налоговые органы от обязанности проверить, осуществлялись ли в действительности какие-либо хозяйственные операции под прикрытием формального документооборота, выявить их действительный экономический смысл и определить действительный размер соответствующих налоговых обязательств, отметил Кирилл Снегирёв.

«Комментируемый кейс является релевантным для всех налогоплательщиков, заинтересованных в обоснованном получении налоговой выгоды, так как вооружает налогоплательщика правовыми аргументами в споре с порочной практикой налоговых органов, порождённой письмом Минфина России от 13.12.2019 № 01-03-11/97904 и письмом Федеральной налоговой службы от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123@, что особенно актуально, в свете последовательной политики Правительства РФ на повышение налогового бремени», — подытожил Кирилл Снегирёв.

Дело №А27-14675/2019.

Во всех ли случаях нужно применять метод налоговой реконструкции? Или все-таки нужен механизм, позволяющий определить, когда он излишен?

Владимир Зайцев, руководитель налоговой с лужбы в Siemens, на своей странице на Facebook поделился мнением о проекте письма ФНС касаемо налоговой реконструкции.

«Читаю очередное письмо (проект) в ФНС по поводу ст. 54.1 НК РФ. И конечно же содержатся предложения по реконструкции всего и вся, в том числе при умысле. Реконструировать предлагается по рыночным ценам (т.е. расходы, которым могли бы быть понесены)».

А тут он решил взглянуть со стороны недобросовестного налогоплательщика:

«У меня сразу в голове картина: Я создал однодневку, покупаю у нее мебель под заказы конечных клиентов. По поводу выбора однодневки ничего объяснить не могу. Кто и где реально эту мебель произвел — неизвестно. Скорее всего физлица-краснодеревщики (кустари) на дому работали за наличные. И по этой кастомизированной мебели предлагается определить сколько это могло бы стоить с учетом материалов, заработной платы, зарплатных налогов и т.д.?».

Далее мнение о том, когда реконструкция может быть, а когда она по определению не нужна:

«И вот это предлагается реконструировать? Как в реальности Вы себе представляете? Процесс на 10 лет по определению рыночных цен различных видов шпона и фанеры из различных пород дерева? Пора признать, что дефект субъекта — это практически фатальный дефект. О реконструкции можно говорить когда все субъекты присутствуют, декларируют свои обороты и речь идет о различиях в юридической квалификации сделки — да, тут возможно много субъективизма со стороны налоговых органов (он и есть) и тут, безусловно, должна быть реконструкция».

На вопрос, чем плоха однодневка, есои платятся все налоги, автор пишет, что он в дискуссии подразумевает, что однодневки налогов не платят.

Вопрос только, сколько сил и средств должны привлечь налоговики, чтобы понять, что конкретная компания действительно однодневка, и что к ней методы налоговой реконструкции неприменимы.

Вот что пишут в комментариях:

«В реконструкции все решается через распределение бремени доказывания. И нет проблем — 5 лет практики в русле камского зжби это убедительно доказали. И да, лучше десять лет разбираться в породах дерева (чего по факту не происходит нигде), чем заниматься незаконным штрафным налогообложением. Суды придумали не для скорости, а для справедливости».

Другое мнение:

«Рыночную цену посчитать — это в общем-то не проблема. Тут меня больше этическая сторона волнует, о которой уже говорили фискалы неоднократно: если в сделках с помойками всегда будет применяться реконструкция по рыночной цене, то смысл „платить больше“, то есть смысл с самого начала искать нормальных поставщиков».

Автор отвечает:

«Лучше бы существенно больше времени и ресурсов потратили на проработку различных ситауций реконструкции с наличиствующими субъектами и в целом для отделения зерн от плевел, чем пытаться обсуждать в принципе и по механике восстановление всякого схематоза».

И еще мнение:

«На мой взгляд, тут нужно больше уделять внимания доказыванию субъективной стороны. Нужно находить истинных виновников этих ситуаций, а не валить все на налплата. Но фискалам как обычно лень, и они приходят к тему, с кого есть что взять. А то, что в некоторых отраслях у нас вообще нереально приобрести Услуги/работы нормальных поставщиков — это не секрет».

А подытожим этим:

«Ну надо тогда обязать каждое ООО и ИП посадить у себя в офисе как минимум по одному налоговику и банкиру — чтоб они проверяли коммерческий смысл операций и вообще — им же виднее, как правильнее бизнес делать. А то мало ли чо!».

Правда, к каждому инспектора не поставить.

В соцсетях появились сообщения о том, что ФНС проиграла кассацию по делу Кузбассконсервмолоко (А27-17275/2019). Заседание АС Западно-Сибирского округа прошло сегодня в онлайн-режиме.

Речь в деле о так называемой налоговой реконструкции.

Комбинат покупал сырое молоко у трех перекупщиков, но посредники были фиктивными, а молоко ему продали сельхозпроизводители, которые не платят НДС. При налоговой проверке был доначислен НДС и налог на прибыль. Компания решила судиться.

Арбитражный суд Кемеровской области удовлетворил иск только частично: признал недействительным доначисление налога на прибыль, а также пени и штрафов по нему, потому что комбинат понес расходы на поставки молока (это и называется налоговая реконструкция). НДС, конечно, отстоять не получилось.

Однако апелляционная инстанция решения нижестоящего суда отменила. Об этом мы писали в материале Суд, который будут обсуждать весь год. ФНС выиграла после письма Минфина

И вот сегодня стало известно, что кассационная инстанция отменила решение апелляционной и оставила в силе решение первой инстанции.

Сообщения о недовольстве бизнеса работой налоговых органов в рамках действующей с 2017 года ст. 54.1 Налогового кодекса преувеличены, считает глава Федеральной налоговой службы (ФНС) Даниил Егоров.

Об этом он заявил журналистам после расширенной коллегии ведомства, передал корреспондент РБК.

«На сегодняшний день есть около 180 споров с налогоплательщиками по ст. 54.1 НК в судах. Я сомневаюсь, что эти цифры можно назвать очень большими для всей Российской Федерации», — ответил Егоров на просьбу журналистов прокомментировать возмущение бизнеса по поводу ст. 54.1 НК.

Недовольство бизнеса практикой применения ст. 54.1 НК вызвано тем, что налоговые органы не рассчитывают, сколько предприятие должно было заплатить, не нарушая правил.

Число актов налоговых проверок по ст. 54.1 НК значительно превышает число судебных споров, а многие предприятия просто не доживают до судов, объяснила РБК партнер ФБК Legal Галина Акчурина. «Проблема огромная, и ее нельзя недооценивать», — считает Акчурина.

Уклонистам доначисляют налоги не с прибыли, а с выручки, и доначисления значительно превышают суммы, которые бизнес вообще заработал. При этом штрафы составляют 40%, рассказала Акчурина. В итоге из-за блокировок счетов предприятия не доживают до судов.

Кроме того, положения ст. 54.1 НК требуют от бизнеса тяжелой, во многом рутинной работы и дополнительных издержек. Например, закон определяет признаком ухода от налогов исполнение работ не тем лицом, с кем заключен договор (или его субподрядчиком), и требует от предприятий иметь доказательства наличия непрерывной цепочки договоров до конкретного исполнителя-физлица и не сотрудничать с теми, кто не может по всей цепочке субподрядчиков раскрыть принадлежность персонала конкретному лицу.

Однако у предпринимателей не всегда есть возможности тщательно проверить контрагентов и отслеживать их деятельность. Особенно уязвимы к рискам сферы строительства, перевозок и клининга, в целом сфера услуг. «Например, практически невозможно узнать, все ли работники подрядчика официально трудоустроены», — объяснила Акчурина. У ФНС гораздо больше данных и инструментов — «АСК НДС-2», «АИС Налог-3» и т.д. Бизнес же несет дополнительные издержки на проверку контрагентов, и все равно этого оказывается недостаточно для гарантированной защиты от налоговых претензий за нарушения со стороны контрагентов.

Тем не менее на расширенной коллегии ФНС глава службы поручил правовому блоку «стабилизировать работу по нормам в рамках ст. 54.1 НК» и «обеспечить определенность».

Налоговая служба имеет право полностью отказать компаниям в вычетах НДС и расходах по налогу на прибыль, если докажет, что бизнес получил необоснованную налоговую выгоду. Такое решение вынес Седьмой апелляционный суд по делу о так называемой «налоговой реконструкции».

ФНС в суде спорила с компанией «Кузбассконсервмолоком», напоминают «Ведомости». Комбинат покупал сырое молоко у трех перекупщиков, но посредники были фиктивными, а молоко ему продали сельхозпроизводители, которые не платят НДС. За счет наценки технических компаний предприятие сэкономило на налоге на прибыль, а также получило вычет по НДС. Налоговики во время проверки выяснили, что посредники не участвовали в сделке, и доначислили комбинату 4,2 млн руб. НДС и почти 12 млн руб. налога на прибыль, пени и штрафа. Компания с решением не согласилась и попыталась оспорить его в суде.

Арбитражный суд Кемеровской области удовлетворил иск только частично: признал недействительным доначисление налога на прибыль, а также пени и штрафов по нему, потому что комбинат понес расходы на поставки молока. Претендовать на вычет по НДС компании суд не разрешил. ФНС не согласилась с определением, подала апелляцию и выиграла ее.

Но налоговики с решением не согласились, а Седьмой арбитражный апелляционный суд их поддержал. В 2017 г. признаки недобросовестного поведения бизнеса были закреплены в ст. 54.1 Налогового кодекса. В суде налоговики настаивали, что по ней недобросовестные компании полностью лишаются права учитывать расходы и претендовать на вычеты по НДС, говорится в решении. И так как компания нарушила ст. 54.1 — покупала молоко не у перекупщиков, а напрямую у сельхозпроизводителей, — комбинат должен выплатить весь доначисленный налог. При этом реконструкцию (пересчет налоговых обязательств) можно проводить лишь в исключительных случаях — когда компания мешает инспекции рассчитать налог — например, не предоставляет ей необходимые документы, не пускает на производство и т. д., заключил суд.

Во время судебного спора ФНС успела заручиться поддержкой Минфина. В начале января Минфин направил в ФНС письмо, в котором разъяснил: компания не может претендовать на уменьшение налогов, если действовала недобросовестно, пусть даже у сделки была экономическая цель и она действительно состоялась. Прежде налоговики и судьи ориентировались на признаки необоснованности выгоды, описанные пленумом Высшего арбитражного суда (ВАС) в 2006 г. Суды требовали проводить реконструкцию налоговых обязательств — например, инспектора могли отказать в вычете по НДС, но уменьшить налог на прибыль на понесенные расходы.

В постановлении пленума ВАС было указано, что суд должен исходить из подлинного экономического содержания операций: если сделка притворная, сначала инспекция должна указать, какую сделку она прикрывает, т. е. переквалифицировать ее и заново определить налоговые обязательства. Но статья 54.1 не предусматривает «учета расходов при исчислении налога на прибыль» компаний, которые злоупотребили правами, и устанавливает единое для всех налогов регулирование, заключил Минфин.

Решение суда лишает бизнес последней надежды на поддержку судов по таким спорам, считают опрошенные «Ведомостями» юристы. А также может породить практику, когда компаниям будет выгоднее просто не предоставить налоговикам документы, чтобы налоговики смогли провести реконструкцию и определить реальные доходы и расходы компании.

Минфин выступил против так называемой налоговой реконструкции. О письме министерства, адресованном главе ФНС Мишустину, написал в пятницу РБК.

Что такое налоговая реконструкция

Однако самого письма агентство не опубликовало. Его опубликовали поздно вечером 10 января в Фейсбуке на странице Налоговый канал.

Открыть оригинал изображения (668x960, 180.75 Кб)Открыть оригинал изображения (676x960, 157.9 Кб)Открыть оригинал изображения (651x960, 157.64 Кб)

О чем же пишет Минфин? О том, что наказывая бизнес за уклонение от уплаты налогов, налоговикам необязательно моделировать, сколько он должен был заплатить, не нарушив правил. Заметим, что письмо подписано не просто начальником департамента министерства, а его главой - Антоном Силуановым.

Правоприменительная практика по ст. 54.1 НК привела к значительному росту нагрузки на бизнес, отмечал ранее бизнес-омбудсмен Борис Титов. Инспекторы доначисляют налоги компаниям, уличенным в применении схем налоговой оптимизации, не учитывая реально понесенные расходы и право на налоговые вычеты. В результате доначисления и штрафы могут значительно превышать суммы, которые бизнес заплатил бы в бюджет, если бы не применял схемы налоговой экономии.

Ранее РБК писал о том, что комбинату в Кемеровской области, который сэкономил на налогах, оформив сделку по покупке молока через посредников, доначислили не только 4,2 млн руб. НДС, но и почти 12 млн руб. налога на прибыль, пени и штрафы, хотя предприятие понесло реальные расходы на закупки. Суд принял сторону бизнеса и отменил доначисления по налогу на прибыль.

Чтобы устранить излишние карательные меры, в Аналитическом центре при правительстве предлагали законодательно обязать налоговые органы проводить реконструкцию, чтобы исключить двойное и избыточное налогообложение. Такой расчетный метод уже предписывал применять Высший арбитражный суд в постановлении 2006 года.

Однако, как следует из письма Минфина, в ведомстве считают, что принцип налоговой реконструкции потерял свое значение. «Положения ст. 54.1 [Налогового] кодекса в отличие от сформированной на основе постановления пленума Высшего арбитражного суда РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» судебной практики не предусматривают возможность определения налоговых обязательств налогоплательщиков в случае злоупотребления ими своими правами расчетным путем», — указано в письме.

«Таким образом, учет расходов при исчислении налога на прибыль организаций при определении обязательств налогоплательщика, чьи действия по злоупотреблению своим правом подпадают под положения ст. 54.1 кодекса, положениями ст. 54.1 кодекса не предусмотрен», — считают в ведомстве.

«Минфин поддерживает позицию ФНС по применению положений ст. 54.1 кодекса», — подводится итог в письме.

Борьба с уходом от налогов призвана не позволить нарушителям платить в бюджет меньше, чем платят добросовестные предприниматели. Но практика в России приобрела конфискационный характер, когда нарушителей наказывают не только штрафами, но и чрезмерными налогами, что в некоторых случаях приводит к гибели бизнеса, говорят эксперты.

Все решения региональных инспекций по ст. 54.1 НК согласовываются с центральным аппаратом ФНС. Налоговые органы выиграли 90% судебных споров об оптимизации с 2017 года.