Право

Банкротство юридических лиц

Банкротство – процедура, которая проводится, когда имущества и всех активов предприятия (юридического лица) не хватает, чтобы удовлетворить требования кредиторов. Для её начала не имеет значения, перед кем возникла задолженность – банком, сотрудниками, клиентами, партнёрами – юридическими лицами, или же перед госорганами.

Кто может подать заявление на банкротство юридического лица? Как проходит процедура банкротства? Что такое конкурсное производство? Ответы на эти вопросы можно найти в материалах этого раздела

Все материалы

Наказание за незаконные действия при банкротстве кредитных, страховых и иных финансовых организаций ужесточат. Об этом проект вице-спикера Госдумы Ирины Яровой, который поддержала комиссия правительства РФ по законопроектной деятельности.

В частности, речь идет о повышении мер уголовной ответственности «за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное банкротство и фиктивное банкротство кредитной организации, страховой организации или негосударственного пенсионного фонда», следует из проекта отзыва кабмина, одобренного на заседании комиссии, пишет ТАСС.

НПФ тоже попадают в эту категорию юрлиц.

«… полагаем целесообразным под фиктивным банкротством признавать также подачу руководителем юридического лица либо гражданином (в том числе индивидуальным предпринимателем) в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом, содержащего заведомо ложные сведения о несостоятельности и банкротстве», – предложили в комиссии.

Это замечание комиссии ожидает увидеть в тексте проекта ко второму чтению.

Бухгалтер, с которой требовали все деньги, полученные по чековой книжке и внесенные в кассу организации, наконец закончила судебную эпопею.

Об этой истории мы начали писать почти год назад. При банкротстве организации конкурсный управляющий опротестовал в суде все сделки за последние три года перед началом банкротства, вплоть до снятия денег по чекам в кассу. Под удар попали не только бухгалтеры, но и кассиры, причем они все давно из фирмы уволились. Об этом рассказала коллегам в Фейсбуке бухгалтер Елена, которая и попала под каток нашей судебной системы.

Первая инстанция и апелляция были бухгалтером проиграны и только кассация отменила решения и отправила дело обратно в первую, на пересмотр.

Вчера в Красном уголке бухгалтера Елена написала, что первая инстанция пересмотрела дело и отказала конкурсному управляющему в иске. Все судебная нервотрепка (по словам Елены), заняла у неё 1,5 года.

«Клерк» поздравляет её с благополучным окончанием истории.

Крупная австрийская сеть супермаркетов Billa может лишиться объектов, которые достались ей от обанкротившейся сети «Я любимый». Сделки стоимостью более 1 млрд руб. оспаривает управление Федеральной налоговой службы (ФНС) по Москве.

Заявление о признании сделок недействительными подано в столичный арбитражный суд, узнал «Коммерсантъ». Судя по всему налоговики посчитали, что сделки совершены по ценам ниже рыночных.

Речь идет об одобрении передачи прав долгосрочной аренды девяти объектов в Москве и Подмосковье ООО «Билла» — российской «дочке» австрийской сети супермаркетов Billa (входит в Rewe Group). Стоимость сделок — более 1,3 млрд руб. с учетом НДС.

В 2017 году у сети «Я любимый» начались проблемы с операционной деятельностью и покупательским трафиком, а следующей весной стало известно, что все магазины сети может получить Billa. В 2018 году «Аматус» был признан банкротом, а часть объектов осталась в собственности компании.

Billa получила одобрение 91% кредиторов «Аматуса» и выплатила 80% средств, но, если суд примет сторону УФНС, соглашения могут быть расторгнуты, а права аренды — вернуться в конкурсную массу, говорят юристы.

При этом цена сделок с Billa была согласована сторонами с учетом независимой оценки аудиторской компании из «большой четверки» Ernst & Young (EY) и она превышала рыночную. За счет вырученных средств планируется покрыть порядка 30% от всех требований, включенных в реестр кредиторов «Аматуса». На июнь 2019 года долговые обязательства компании составляли 5,19 млрд руб. Крупнейший долг в 2,3 млрд руб.— перед структурой Сбербанка ООО «СБК Плюс». В число кредиторов также входят банк «Дом.РФ» (767 млн руб.), «Кредит Европа банк» (367,3 млн руб.) и др. Долг перед ФНС — 4,5 млн руб.

Интересантом на объекты «Я любимый» источники «Ъ» также называли X5 Retail Group («Пятерочка», «Перекресток», «Карусель»). В компании комментарий не предоставили. Но, как следует из протокола собрания кредиторов, если сделки будут оспорены, «Аматус» потеряет права аренды помещений, поскольку те не предусматривают возможность отчуждения аренды без согласия владельцев. А так как владельцы одобрили передачу аренды только Billa, реализовать права аренды и оборудования иным лицам на аналогичных условиях не удастся, отмечается в документе.

5709 Spar

Один из крупнейших ритейлеров Санкт-Петербурга, Торговый дом «Интерторг», в один день закрыл сотни магазинов. Ситуация напоминает поспешное бегство, говорят очевидцы.

18 декабря субарендаторам ТД были разосланы письма о том, что магазины работают 19 декабря последний день.

ТД «Интерторг» создан в 2003 году и являлся крупнейшим франчайзи SPAR в России. Еще в июле 2019 года «Интерторг» сообщал, что управляет 436 магазинами: в сеть на тот момент входили 185 торговых точек SPAR в Петербурге, Ленинградской области, республике Карелия, Мурманской, Архангельской областях, Москве и Московской области и 251 универсам «Народная 7Я семьЯ»

Нереализованная продукция будет вывезена в десять точек, которые продолжат работу до конца декабря, пишет Фонтанка.

По словам сотрудников магазинов, получивших неприятный предновогодний сюрприз, работодатель не внес ясности ни по поводу оплаты труда, ни по поводу дальнейшей судьбы сети. Так, в одном из супермаркетов рассказали, что надеются возобновить работу в январе, но уже не под брендом Spar. Некоторые магазины принимают к оплате только наличные, что, по мнению экспертов, может означать подготовку к остановке операций по счетам.

За последние несколько месяцев компания уже закрыла магазины в отдаленных регионах Северо-Запада, под сокращение попали сети в Череповце, Петрозаводске, Мурманской области, Великом Новгороде, Ленинградской области. Тем не менее, закрытие крупнейшего регионального игрока одним днем стало сюрпризом для рынка.

«То, что происходило в последние недели, больше похоже на поспешное бегство, мне звонили собственники помещений из Петрозаводска, Москвы, Питера и спрашивали, что вообще происходит, потому что они приходили в магазин, и видели брошенное оборудование и закрытую дверь», — рассказал РБК управляющий партнер инвесткомпании Peregrine Capital Николай Габышев. По его информации, продать пул магазинов компании так и не удалось, в Москве сеть была просто закрыта.

По мнению экспертов, бизнес ритейлера подкосило соревнование за долю рынка с федеральными сетями, заставлявшее «Интерторг» открывать больше магазинов, чем компания могла себе позволить. Помимо запуска собственных точек ритейлер приобретал небольшие петербургские сети, например «Нетто». Кроме того, большие инвестиции были брошены в девелопмент.

По словам поставщиков, ритейлер вел себя с ними высокомерно, выставляя те же условия, что и федеральные сети. Но, в отличие от последних, пунктуальностью выплат не отличался. Когда терпение контрагентов лопнуло, они начали останавливать отгрузки товара, и полки сети стали пустеть. Ритейлер пообещал расплатиться и попытался урезать расходы, избавившись от части персонала. Но антикризисные меры не дали результата: объем исков рос, как снежный ком, а не получившие расчета контрагенты прекращали сотрудничество. В итоге компания начала избавляться от части площадей и свозить товары в оставшиеся точки, чтобы поддержать иллюзию изобилия, параллельно пытаясь договориться со Сбербанком. Но не получилось.

По данным СПАРК, ТД Интерторг принадлежит зарегистрированной в Монако «Сосьете Сивиль Партикульер Интер Солюшнз» (99%) и Абдуллаеву Аллахверди Али Оглы (1%). Именно он вместе с братом Мушвигом, занимающим должность генерального директора «Интерторга», считается основным бенефициаром компании. По оценке петербургского УФАС, доля «Интерторга» на продовольственном рынке Петербурга составляла 10,36%.

На данный момент в арбитраже сумма исков, поданных к «Интерторгу», превысила 4 млрд рублей. По некоторым данным долги ТД могут превысить 15 млрд рублей.

Налоговым органам не удалось привлечь к субсидиарной ответственности детей контролирующих должника лиц. Такое решение вынесла сегодня Коллегия по экономическим спорам Верховного суда по делу №А40-131425/2016.

В чем суть спора

Компания «Альянс», принадлежавшая С. занималась госконтрактами. А чтобы уйти от налогов и выводить деньги, использовались аффилированные организации. В некоторых из них учредителем и директором была жена владельца компании К. Кроме того, она еще была и главбухом в одной из этих организаций.

В феврале 2017 года «Альянс» признали банкротом. После процедуры конкурсного производства непогашенными остались требования на сумму свыше 300 млн руб. Из них свыше 200 млн — налоговые долги. При этом в декабре 2017-го С. и К. подарили принадлежащее им дорогое имущество своим детям (1997-го года рождения и 2002). Всего было подарено восемь объектов недвижимости и два транспортных средства.

ФНС посчитала, что подарки были куплены за счет выведенных денег обанкротившейся компании и дети должны быть привлечены к субсидиарной ответственности. Само собой, к субсидиарной ответственности была привлечена и жена бизнесмена.

Что решили суды трех инстанций

Первая инстанция, Арбитражный суд г. Москвы, повесила всю субсидиарную ответственность на владельца «Альянса» С. Т.е. отказалась привлечь как детей, так и жену. Апелляция не согласилась с первой инстанцией в части жены, которую посчитала контролирующим должника лицом.

Однако кассационная инстанция отменила решение апелляционной, оставив в силе решение Арбитражного суда Москвы. ФНС не успокоилась и подала кассационную жалобу в Верховный суд РФ.

Что решил Верховный суд

В своей жалобе ФНС настаивала, что К. контролировала должника и извлекала выгоду из незаконных действий её мужа, а их дети должны выплатить компенсацию в размере стоимости подаренного им имущества. И жалоба была принята к рассмотрению.

Дело было рассмотрено Коллегией по экономическим делам ВС сегодня, 16 декабря, поэтому опубликованного решения пока нет. Есть только информация от присутствующих на заседании юристов, опубликованная на портале Право.ру.

В ходе заседания представитель ФНС подтвердил свою позицию насчет того, что К. была контролирующим лицом и что дети должны выплатить компенсацию. И даже выдвинул версию, что дети были просто ширмой, чтобы скрыть имущество от кредиторов.

Представители ответчиков указывали на то, что ФНС не оспаривала дарение, а также не исследовала работу контрагентов «Альянса», которые, по заявлению ФНС, участвовали в схеме по уходу от налогов. В ходе заседания много вопросов вызвали сделки, касающиеся детей — они были совершены в разное время и при разных обстоятельствах, уточнить которые в ходе заседания оказалось невозможно.

В итоге Верховный суд, выслушав аргументы сторон, принял решение отменить определение кассации, оставить в силе судебный акт апелляции в части привлечения к субсидиарной ответственности жены бизнесмена К., а вопрос о детях — передать на новое рассмотрение в первую инстанцию.

Что говорят юристы

Есть мнение, что налоговая просто «зашла не с той стороны». Оспаривать надо было сделки дарения имущества как таковые, а не пытаться привлечь к субсидиарной ответственности детей. Чем же мотивировал своё решение Верховный суд, отправляя дело на пересмотр в первую инстанцию, пока неизвестно.

а еще потерять 100 млн бюджетных денег?

Рецепт от чиновников Тамбовской области передает бизнес-омбудсмен Борис Титов на своей странице в Facebook.

Возьмите крепкую строительную компанию, которая зарекомендовала себя на федеральном уровне. Построила 54 спортивных объекта в России. Её проекты и разработки рекомендовал использовать в федеральных целевых программах сам министр спорта РФ. Например, ООО «Национальную компанию строительства и проектирования спортсооружений». И закажите ей строительство крупного спортивного объекта. Например, «Центр единоборств» и Крытый футбольный манеж в Тамбове.

Подкрепите договор подряда бюджетным финансированием из трёх источников: федерального, областного, городского. Через 3 года получите спортивный объект, перережьте красную ленточку. Похвастайтесь в СМИ. Действительно есть чем: сооружение уникально не только для Тамбовской области, но и для всего Центрального федерального округа. Признано лучшим спортивным объектом в России по итогам 2018 года! Спортивный комплекс работает уже 2 года. Тренирует спортсменов, проводит соревнования. Все счастливы.

Кроме, собственно самой компании, построившей такой классный объект. Она уже 2 года не может получить от областного бюджета оплату своей работы. 100,8 млн рублей.

Ремарка: объект построен в рамках федеральной (!) целевой программы «Развитие физкультуры и спорта в РФ на период 2006-2015 годов». На дворе уже практически 2020-й. Федеральный бюджет полностью расплатился. А воз с областными деньгами и ныне там. Точнее, доподлинно неизвестно, где именно он «потерялся».

Может быть, у властей есть претензии к объекту? И он не принят, хоть и введен в эксплуатацию и два года работает?

Нет, у подрядчика на руках все акты о приемке выполненных работ, о приемке законченного строительства. Есть и решение Арбитражного суда о взыскании задолженности в пользу компании. Да и как вы себе представляете, чтобы федеральный (!) бюджет оплатил работы, которые не были выполнены полностью. А вот администрации Тамбовской области – плевать на обязательства федеральной целевой программы.

Именно – плевать, не побоюсь этого слова. Прежде чем обратиться ко мне, компания отправила десятки писем в разные инстанции. Выиграла суды. Все согласны, что областной бюджет должен вернуть деньги. И что? А вот что. На момент строительства в компании работало 153 сотрудника. Сейчас – 11 человек. Минус 142 рабочих места благодаря чиновникам Тамбовской области. Компания была крупным налогоплательщиком: за 6 лет работы – 108 млн рублей НДС + 59 млн рублей налога на прибыль. Сейчас – компания в стадии банкротства. Благодаря чиновникам Тамбовской области.

Ну а где компания должна брать средства на заработную плату, на развитие, на оплату счетов, на выплату налогов? Задолженность в 100 млн рублей за выполненные (!) работы, естественно, пробили брешь в финансах.

И самый провокационный вопрос. Если строительство спортивного центра шло в рамках ФЦП. Если финансирование было заложено в бюджете – федеральном и региональном. Если федеральный бюджет выполнил свои обязательства. То вопрос: куда «потерялись» 100,8 миллионов из бюджета Тамбовской области?

Готовлю письма в прокуратуру, подытожил Титов. 

Компания выполнила работы для заказчика, который по итогу из-за финансовых проблем не смог их оплатить. Тогда стороны подписали соглашение о прощении долга (10% от суммы выполненных работ). ИФНС сняла эту сумму с расходов.

Но в суде компании удалось отбиться (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 09.09.2019 г. № А32-46147/2017). 

После подписания соглашения заказчик оплатил почти половину долга. И вскоре ушел в банкротство. Так что прощение долга позволило компании получить оплату в более короткий срок. В противном случае списание в рамках банкротства происходило бы в порядке очередности.

Дел о субсидиарной ответственности в случае банкроства в судах становится все больше, а взыскиваемые суммы выходят за пределы разумного.

Так, в одном из дел с трёх контролирующих лиц взыскали 500 млн руб., после того как аренду банкрота признали недействительной из-за нерыночной цены. Но Верховный суд решил, что дело надо пересмотреть заново, пишет портал Право.ru.

Явно убыточный для компании-банкрота договор можно признать недействительным через суд. При этом закон даёт возможность взыскать убытки с тех лиц, которые определяли действия должника и приняли решение заключить такой договор. Что для этого нужно доказать, разъяснил Верховный суд в деле о несостоятельности «Клиники-М» (№ А40-51687/2012). В нём три учредителя(у каждого по 10%) банкрота – и кредитор «Клиника-М» судились с лицами, которые имели контроль над должником. До банкротства это были два участника (у каждого по 20%, в сумме – контролирующий пакет), а в ходе банкротства – мажоритарный залоговый кредитор «Гранд-Строй» в лице ликвидатора Александра Климова. Требование  было предъявлено на 501,4 млн руб. убытков солидарно.

Как указали истцы, под влиянием ответчиков «Клиника-М» заключила невыгодную сделку, уже когда была банкротом. Она сдала 8755,4 кв. м помещений медицинского центра в Москве, на Мичуринском проспекте, всего за 60 000 руб. в месяц. Арендатором было УМХЦ, аффилированное с двумя учредителями, имеющими контролирующий пакет. В 2018 году суд признал эту сделку недействительной, а следом истцы отправились взыскивать убытки. Три инстанции удовлетворили требования. Они подтвердили, что ответчики – это группа заинтересованных лиц, которые имеют фактическую возможность определять действия должника. Они решили сдать здание медцентра в аренду по заниженной цене, хотя могли установить рыночную цену и получать прибыль, из которой – погашать долги. Три инстанции учли также подтверждённый факт контроля со стороны ответчиков и аффилированность.

Суды трех инстанций согласились с мнением истцов, однако Верховный суд решения отменил. ВС счел, что решения  нижестоящих инстанций основаны на предположении, что раз аренду признали недействительной по мотиву неравноценности, это значит, что должник понёс убытки. Поэтому они по ошибке ограничили исследование дела лишь одним вопросом: кто получил выгоду от спорной сделки.

Между тем неравноценность сделки сама по себе ещё не значит, что заключившие её лица обязаны возместить убытки, указал Верховный суд. Нельзя предположить, что большой медцентр в Москве можно сдавать за 60 000 руб. в месяц, это даже выглядит подозрительно, а независимый участник оборота вряд ли сможет найти такое предложение. В то же время ответчики говорили, что здание медцентра нельзя было использовать для медицинских услуг: не было смонтировано медицинское оборудование, не было разрешительной документации. А после того как отношения с УМХЦ прекратились, желающих занять его место не нашлось, утверждали ответчики. Нижестоящие суды оставили эти аргументы без оценки. По мнению ВС, надо было узнать, прикрывал ли недействительный договор настоящую аренду. Второй вариант – аренда была невозможна, а здание просто передали аффилированным лицам, чтобы обеспечить его сохранность и уменьшить текущие расходы.

Кроме того, суды упустили из виду, что обычное использование имущества банкрота ограничено. Подразумевается, что его будут готовить к торгам. Поэтому нужно было определить, можно ли вообще сдавать центр в аренду «в условиях неопределённости его дальнейшей юридической судьбы», то есть искать арендатора на объект, который мог отойти другому собственнику, говорится в определении экономколлегии.

Дело отправлено на пересмотр в первую инстанцию.

В процедуру торгов имуществом банкрота предлагается внести большие изменения. Однако против этого выступает Федеральная антимонопольная служба (ФАС)

Минэкономразвития подготовило поправки в закон о банкротстве и разослало их на согласование. С документом ознакомились «Ведомости».

Сейчас продажа имущества банкрота проходит на торгах с повышением цены. В большинстве случаев продать не удается, пишет Минэкономразвития в пояснительной записке, а организация торгов оплачивается из конкурсной массы должника.

Имущество банкрота выставляется на торги по цене, которую назвал оценщик, как правило, она близка к рыночной. Но покупателю нет смысла идти на торги, чтобы купить имущество по рыночной цене: нужно получать электронную подпись, вносить задаток, который будет заморожен на несколько недель, а если покупатели на торги не приходят, управляющий объявляет следующие, с начальной ценой на 10% ниже. Если и на них никто не пришел, объявляются третьи, цена снижается до тех пор, пока не найдется покупатель.

Первые и вторые торги более чем в 90% случаев признаются несостоявшимися, продать имущество удается в ходе публичного предложения (третьи или четвертые торги) со снижением цены на 60–70%, говорят эксперты. На их проведение тратится три месяца, при этом каждые торги стоят 150 тыс. рублей.

В поправках Минэкономразвития предлагает объявлять открытый аукцион один раз, а если имуществом никто не заинтересовался, переходить к снижению цены и снижать ее, пока не появится покупатель. Если вдруг появятся сразу два, то вновь начинать торги на повышение цены между ними. Министерство предлагает также использовать не рыночную стоимость (это цена, по которой можно продать товар на открытом рынке), а ликвидационную (это расчетная цена продажи на торгах), которая, как правило, будет ниже.

Поправки не поддерживает Федеральная антимонопольная служба. Возможность снижения цены приведет к злоупотреблениям. Если торги организует оператор электронной площадки, возможны согласованные действия и коррупционные последствия.