Клерк.Ру

Субсидиарная ответственность номинального директора

844

Кто такие, как привлекают и как избежать

Мы не раз сталкивались с клиентами, которые фактически (или буквально) выполняли роль номинального директора. Финансовые соображения, доброта душевная или «скромное» невежество — мы не копаемся в душах и не выпытываем, как так получилось. Однако чаще к нам приходят, когда уже есть четкий диагноз — субсидиарка четвертой стадии, шансы на выздоровление близятся к нулю.

Эта статья — руководство для тех, кто уже по уши, вот-вот может оказаться или только подумывает стать номинальным директором. В общем, потенциальные, действующие или уже встрявшие номиналы, этот текст для вас. Обращаем внимание, что мы разбираем именно риски субсидиарной ответственности: уголовка и административка — это уже другая степь.

Кстати, раз в месяц мы разбираем вопрос одного нашего подписчика и высылаем ответ на почту. Ответ высылаем только подписчикам рассылки, так что оставьте свою почту на нашем сайте

Откуда берутся номиналы

Номинальный директор (в просторечии: номинал, зиц-председатель, гном) — лицо, являющееся руководителем на бумаге, тогда как реально руководит балом другой человек. Номинал выполняет поручения от лица руководства: подписывает договоры, открывает счета в банках, мелькает на собраниях, регистрирует юр. лица. При этом официально на руках у него не бывает никакой документации дольше, чем нужно на проставление подписи, он не может принимать решения без согласования «хозяина» или распоряжаться «своей» долей в уставном капитале.

Условно это тот же наемный сотрудник, который просто выполняет поручения свыше, только за ним в ЕГРЮЛ держится запись «лицо, имеющее право действовать без доверенности».

Зачем нужны

Номинального директора могут нанимать как на краткосрочной основе: нужно открыть расчетный счет, заключить несколько сделок, так и на постоянной, к примеру, если реальному руководителю никак нельзя быть связанным с конкретным юр. лицом.

Вообще тема с номиналами двоякая. При этом, должность номинального руководителя не всегда означает, что номинал обязательно выполняет роль марионетки, которой попользуются и выкинут. Иногда номинальный директор обладает высокой профессиональной квалификацией и выполняет свои функции на протяжении длительного времени. Чаще всего номиналы нужны для следующих целей:

  1. Много бизнесов. Представим, что у одного собственника несколько компаний. Узнав об этом, ФНС может заподозрить, что компании взаимозависимы. Нельзя, чтобы одно и то же лицо по одной сделке одновременно выступало и покупателем, и продавцом. В таком случае номинальный директор — это возможность вести деятельность, не мозоля глаза налоговикам.
  2. Нельзя светиться. По той или иной причине настоящий руководитель не может светиться в руководстве организации. К примеру, из-за статуса госслужащего, недавнего банкротства или дисквалификации. Руками номинала можно будет вести бизнес, никак не засвечиваясь.
  3. Проживание за границей. Это случай, когда реальный руководитель проживает не на территории РФ, а на месте нужны руки, чтобы подписывать распоряжения, и лицо, которое можно светить в налоговой или на собраниях. Актуально и в тех случаях, когда надо обойти ограничения российского законодательства на участие иностранца в уставном капитале.
  4. Избежать ответственности. Поскольку директор несет ответственность за юр. лицо по всем фронтам, номинальный директор — живой щит от уголовной, административной и субсидиарной ответственности, если что-то пойдет не так. Причем потенциальному номиналу хорошо так заливают, тыкая в законы: «Риски? Какие риски? Сдашь руководителей, и тебе ничего не будет, инфа соточка». Но если бы все было так просто, все бы реальные директора резко становились номинальными при первых же проблемах организации.

За что привлекают

Не нужно быть семи пядей, чтобы понять, что директор, он и в Африке директор, а значит, КДЛ. Именно его имя числится в ЕГРЮЛ, а значит, на него валится вся ответственность за косяки организации. Ранее мы подробно разбирали, по каким именно основаниям могут привлекать гендиров. То же самое и по тем же основаниям светит номинальным директорам — повторяться не будем, читайте здесь.

Само по себе привлечение номинала к ответственности можно рассмотреть с двух сторон. Вроде же человек не виноват, сам не ведал, что творил — с чего бы на него долги вешать? С другой, если номиналов всегда будут отпускать на все четыре стороны — не они же довели компанию до банкротства, за что наказывать — тогда и реальные бенефициары начнут говорить, что они номиналы. Собственно, мы слышали о некоторых товарищах, которые, будучи реальными гендирами, строят из себя номиналов — как раз под дудку, что не они же у руля стояли.

Вот, кстати, и пример грустного опыта из свежей практики, когда номиналу прилетело.

В рамках дела о банкротстве компании конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении к субсидиарке Папченко, Фетисова, Цурупы и ООО «Системы управления». Первому удалось удачно соскочить: он покинул пост директора задолго до банкротства компании, а вот с остальными ситуация была интереснее.

Оставьте свою электронную почту, и мы вышлем вам судебный акт по этому делу:

Серым кардиналом был Цурупа и его компания ООО «Системы управления». Суд признал их исключительные управленческие полномочия. Фетисов же начинал в компании с должности специалиста, а закончил… гендиром. Номинальным.

Собственно, свою невиновность он отстаивал тем, что был наемным работником, который был лишен возможности руководить организацией, в том числе он не обладал электронно-цифровой подписью (ЭЦП), что подтверждается свидетельскими показаниями главного бухгалтера. Более того, он предпринял меры по раскрытию бенефициара бизнеса, Цурупы, путем передачи соответствующих документов арбитражному управляющему. И помог найти имущество. Да еще и подал заявление на банкротство.

Суд посмотрел на все это дело, поблагодарил Фетисова за содействие и… впаял солидарную субсидиарку на 61 лям.

В принципе, и в «старой» практике подобных кейсов хватало. Вот пример.

Разбор другой практики

Раз с критериями привлечения к субсидиарке все ясно, разберем, как от нее можно защититься.

Начиналось все традиционно: в марте 2017 г. ИстЭнерго обратилась с заявлением о признании банкротом компании Трансмастер и стала единственным конкурсным кредитором.

Имущества Трансмастера не хватило для погашения ее требований, так что нужно было выявить тех, кого можно потянуть за этим кораблем. Таких нашлось двое: Дунаев и Золотов. В июле 2018 оба товарища были привлечены к субсидиарной ответственности, а в феврале 2019 с них солидарно взыскали 51 лям. Пока все банально, не так ли? Едем дальше.

Дунаев был не согласен с таким решением и подал апелляционную жалобу, которая поступила… в октябре 2019 г. Так, ребята из «Игумнов Групп», вы что-то путаете… Какой октябрь? А как же 10-дневный срок на обжалование?

Дело в том, что у Дунаева возникли проблемы со здоровьем, из-за которых он находился на лечении. Несмотря на возражения конкурсного, суд принял жалобу: причина же была уважительная, тем более, что подтверждалась документально.

Оставьте свою электронную почту, и мы вышлем вам судебный акт по этому делу:

Что же касается сути жалобы, Дунаев сообщил, что директором Трансмастера он был только номинально:

  • вся деятельность, которая привела к банкротству Трансмастера, велась Золотовым без его участия и ведома;
  • никаких сделок и договоров с конкурсным кредитором он не заключал;
  • никогда не встречался с представителями конкурсного кредитора.

Более того, в своей жалобе Дунаев сделал акцент, что еще до привлечения к субсидиарке, он предоставлял информацию о преступных действиях Золотова и в итоге проходил свидетелем по возбужденному уголовному делу. В качестве подтверждения в материалы банкротного дела были представлены протоколы допросов Дунаева от «мая 2016». Таким образом, Дунаев сообщил о действиях Золотова задолго до подачи заявления о признании компании банкротом.

И вишенка на торте: по результатам уголовного дела был вынесен приговор о привлечении к уголовной ответственности Золотова, осуществляющего фактическое управление должником. Обстоятельства, установленные данным судебным актом, имеют преюдициальное значение.

По итогу апелляция удовлетворила жалобу Дунаева частично: 51 лям полностью перевесили на Золотова, а вот расходы на процедуру банкротства (публикации в газете Коммерсант, почтовые расходы и вознаграждение арбитражного управляющего) на сумму 327 тысяч постановили взыскать солидарно с Дунаева и Золотова.

Весьма новаторское решение для нашего суда. А потому это не конец истории: 10 февраля 2020 кассация рассмотрит законность вынесенного судебного акта. И, учитывая его неординарность, не удивлюсь любым результатам.

UPD: 10 февраля кассация оставила жалобу управляющего без удовлетворения, а значит, наш номинал отбил и эту подачу. Посмотрим, будет ли финальная битва в Верхушке.

Как отбиться от субсидиарки

Ситуация усложняется двойственными трактовками норм закона. Так, в законе о банкротстве четко прописано, что номинала можно освободить от субсидиарной ответственности, если он «не оказывал определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществлял функции органа управления номинально)». И тут же Верховный суд разъясняет, что номинал «не освобождается от осуществления обязанностей по выбору представителя и контроля за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом», а потому может быть привлечен к субсидиарке.

Тем самым, чтобы номиналу отбиться от субсидиарки, важны два условия. Нужно доказать, что:

1) вы реально были не при делах;

2) ткнуть в того, кто на самом деле руководил компанией, или указать, где находится имущество компании.

Вот какие объяснения могут вам в этом помочь:

Не доводил компанию до банкротства. Это касается ситуаций, когда номинал сменил другого номинала на посту задолго до банкротства основного должника. Точнее, больше, чем за 2 года до принятия судом заявления о банкротстве (3 года до момента появления признаков неплатежеспособности — по новой редакции ФЗоБ). Да, детский сад, однако в вышеприведенном кейсе одному из директоров удалось отбиться от субсидиарки как раз потому, что он давно «отошел от дел».

Отсутствие доступа к документации и финансам. Нужно доказать, что у номинального директора не было возможности распоряжаться деньгами компании-должника или принимать за нее решения. К примеру: отсутствовали ЭЦП и доступ к расчетному счету организации, не появлялся в гос. органах и в налоговой его никогда не видели, нет его подписей при заключении сделок, которые привели к банкротству основного должника, да и вообще на этих сделках не присутствовал.

Здесь же помогут не только документы, но и показания свидетелей: сотрудников, контрагентов, даже безопасников на входе в здание. В ту же топку — записи с камер видеонаблюдения.

Другая занятость. Хорошим аргументом в пользу номинальности послужит, если в период восседания на троне гендира, в реальности у номинала была работа в другой организации. Здесь помогут справка с реального места трудоустройства, копия трудовой, 2-НДФЛ за указанный период и выписки с личного банковского счета.

Подтверждение мошенничества. Может оказаться так, что хитроумные бенефициары вообще не заморачивались и от номинала взяли только паспортные данные и подспись, а потом все это дело подделывали. В таком случае может помочь почерковедческая экспертиза. Если в период заключения каких-то сделок вы физически были в другом городе или стране — квитанции и билеты вам в помощь.

Раскрытие информации о бенефициарах бизнеса и их активах. Здесь важно не только пальцем указать, что «вот, Вася виноват», но и подтвердить это документально. В частности, в бой могут пойти переписки, копии заключенных договоров, информация по совершенным сделкам, банковские переводы — в общем, все нужно подкрепить словом и делом.

То же касается и активов, нужно будет предоставить подтверждения, что бенефициар взял деньги «из кассы» должника и потратил их, к примеру, на покупку дома в Ницце или новенького порше. Ну или в отпуск на них слетал.

По итогу всех усилий вам все равно никто не гарантирует успех. Просто потому, что номиналов надо наказывать жестко. Такова политика партии.

Если вы отслеживаете юридические тренды последних 10 лет, то должны были заметить и появление новых статей об уголовной ответственности номиналов, и изменения в законодательстве, позволяющие налоговой дисквалифицировать подозрительных лиц, лишая их права регистрации юр. лиц и управления ими сроком аж на 3 года.

Было бы нелогично, если вот в этой борьбе государство вдруг расслабилось и сказало: «Да пусть они идут на все 4 стороны, они же ни в чем не виноваты”. Так что выиграть суд номиналу — крайне сложная задача. Это мы знаем по собственному опыту, т.к. прямо сейчас ведем с пяток подобных судов. Но тот, кто не борется, обречен на поражение.

Выводы

  1. Номинальный директор — не всегда незаконная тема, но всегда ставит самого номинала под угрозу, что бы там ни обещали.
  2. Привлекают номинала к субсидиарке по тем же основаниям, что и любого гендира.
  3. Есть возможность уменьшить размер субсидиарки. Для этого надо одновременно доказать свою номинальность и указать на реального бенефициара и его активы. Иногда это помогает и полностью отбить требования.
  4. Важно предоставить бумажные доказательства, что вы не могли бы реальным гендиром. Если остались вопросы по теме — вам к этим ребятам.

Информация в статье актуальна на дату публикации на нашем сайте igumnov.group.

Чтобы быть в курсе последних трендов по субсидиарке, банкротству и защите личных активов — приезжайте в гости.

__

Кондратьева Екатерина, юрист «Игумнов Групп», профи по банкротствам юридических и физических лиц, специалист-схемотехник

Специализация: Индивидуальное сопровождение банкротства. Защита от субсидиарной ответственности в суде и юридическая помощь в исполнительном производстве.

Кстати, если у вас есть вопрос по банкротству, субсидиарке или защите личных активов, оставьте свой e-mail у нас на сайте. Раз в месяц разбираем одно обращение, даем подробную консультацию и высылаем руководство к действию на e-mail. Только для подписчиков.