Клерк.Ру

Кредиторам нужно играть на опережение

В этом году были внесены существенные изменения в закон о банкротстве юридических лиц, которые серьезно осложнили недобросовестным должникам процессы вывода активов. О том, стало ли в результате этого проще сопровождать процедуры банкротства юридических лиц,  рассказал в интервью NBJ генеральный директор компании «СВ Банкротство», арбитражный управляющий Сергей СТОРОЖЕНКО.

NBJ: Сергей Владимирович, в чем заключается специфика контролируемого банкротства?

С. СТОРОЖЕНКО: Контролируемое банкротство используется в случаях, когда должник хочет избавиться от кредитов. Иными словами, либо он брал кредит, зная, что не будет его выплачивать, либо это была какая-то мошенническая схема. Возможна и ситуация, когда заемщик планировал производить выплаты, но лишился возможности делать это. При этом он не хочет терять то имущество, которое у него есть, и нести ответственность. По закону в таких случаях возможна субсидиарная, а в каких-то случаях и уголовная ответственность плюс реализация всего имущества.
Очень часто компании перед процедурой банкротства производят вывод активов – продают какую-то часть принадлежащей им недвижимости и другое имущество. Потом, если назначается арбитражный управляющий, то он теоретически может это все оспорить и вернуть деньги в конкурсную массу. Чтобы этого не произошло, заемщику нужен свой подконтрольный управляющий.

NBJ: Каким образом должник может нанять подконтрольного управляющего? 

С. СТОРОЖЕНКО: Для того чтобы осуществлять подобную процедуру, нужно подконтрольное собрание кредиторов и свой арбитражный управляющий. Раньше работала схема упрощенной процедуры через ликвидацию. Тогда учредителями сразу подавалось заявление о ликвидации и только после этого – заявление о банкротстве, в котором указывался конкурсный управляющий. По сути, в этом случае процедура была подконтрольной на 50%. 

С начала этого года законодатель внес изменения. Теперь при подаче заявления от ликвидатора или генерального директора невозможно указывать кандидатуру конкретного арбитражного управляющего. Соответственно, возникают сложности с контролем над тем человеком, который будет назначен. Кроме того, сейчас для того, чтобы инициировать процедуру банкротства, нужно иметь на руках решение суда. 

Таким образом, срок инициирования банкротства существенно вырос, и это дает возможность добросовестным кредиторам первыми подать на банкротство. 

NBJ: Вы можете подробнее рассказать об основных мошеннических схемах?

С. СТОРОЖЕНКО: Мы сталкивались со схемой, когда сотрудники банка были в сговоре с теми людьми, которые выдавали кредиты. Как правило, это неверно указанная стоимость залогов либо их полное отсутствие. Схема простая: люди, которые выезжают осматривать залог, кем-то мотивируются. Сейчас делать это стало сложнее, поскольку банки больше следят за качеством своего портфеля. 

NBJ: Как решается вопросы возврата мошеннических кредитов? 

С. СТОРОЖЕНКО: Все зависит от сроков, в которые банк решится начать процедуру взыскания. Раньше банку нужно было получить решение суда, затем он обращался к приставам, они ничего не могли сделать и тогда начинали банкротить заемщика. Между этими процедурами проходило много времени, примерно год-полтора. Конечно, движение денежных средств можно было отследить по банковским выпискам, но, как правило, деньги к тому времени уже уходили из компании-должника в другие фирмы, которые были закрыты или обанкрочены. Чтобы избежать таких эксцессов, должна вестись превентивная работа, нужно действовать осмотрительно, не затягивать процедуру и максимально быстро реагировать на факты, вызывающее беспокойство.